Найти

Ярослав Сафронов

Захват предприятия через ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" №127-ФЗ

Использование Закона «О несостоятельности (банкротстве)» в целях осуществления рейдерского захвата собственности физических и юридических лиц
Кризисные явления в экономике предопределили наращивание в обществе криминогенного потенциала. Поляризация уровня жизни, исчезновение моральных норм, казавшихся незыблемыми, возникновение новых, порой диаметрально противоположных нравственных ценностей и жизненных ориентиров — все это породило исключительную сложность криминальной ситуации в России. В условиях реформирования современного российского общества особое значение приобретают вопросы, связанные с укреплением всей системы национальной безопасности, и в первую очередь безопасности экономической, ориентированной на обеспечение стабильного развития общества и государства, их защищенности от экономических угроз.

Усиливающаяся криминализация экономической системы в России, рост числа новых видов преступлений связаны с недостатками в правовом регулировании процессов управления, использования финансовых ресурсов, отсутствием действенного государственного контроля над экономическими процессами.

Современное экономическое развитие страны, при отсутствии научно обоснованной концепции реформ, национальной идеи и инерции мышления, предъявляет целый ряд проблем, обострение которых выдвигает на передний план задачу обеспечения экономической безопасности страны.
Одной из угроз экономической безопасности является феномен рейдерства, который в последние годы получил широкое распространение в Российской Федерации.

Многочисленные рейдерские акции потрясают экономику страны, в результате чего происходит очередной криминальный передел собственности. По сути, рейдерство стало одним из видов высокодоходного бизнеса, рентабельность которого доходит до 1000%.
Криминальный бизнес рейдеров измеряется миллиардами долларов, нанося огромный ущерб промышленным предприятиям и экономическому росту России.
Неслучайно рейдерство называют экономическим бандитизмом или экономическим терроризмом. По свидетельству экспертов, рейдерство может полностью уничтожить малый и средний бизнес, если ему не будут противопоставлены превентивные меры законодательного характера.
Несмотря на то, что рейдерство является изначально западным изобретением, оно прижилось и в современной рыночной России, став основной формой перераспределения собственности после периода насильственного ее передела преступными сообществами в 90-х гг. прошлого века.

Из средств массовой информации, а также правовых интернет изданий следует, что каждый год в России фиксируется свыше 100 тыс. рейдерских атак, в результате которых разрушаются стратегические предприятия, банкротятся эффективные производства, снижается инвестиционная привлекательность целых отраслей, при этом давление рейдеров на бизнес ежегодно отнимает у страны до 5% экономического роста.
Даже если захваченное предприятие потом начинает работать, то в период захвата, который может быть довольно длительным, оно не работает и разоряется. Во всяком случае, работники предприятия в это время лишены заработной платы, а их трудовые перспективы становятся неопределенными.

В кризисные 2008 — 2009 гг. вопросы криминального захвата предприятий стали объектом внимания высших государственных органов. Правительство РФ одним из приоритетных направлений своей деятельности в сфере обеспечения национальной безопасности определило «осуществить комплекс мероприятий по противодействию криминальным захватам имущественных комплексов (рейдерству) и преступлениям на фондовом рынке, наносящим значительный ущерб экономике Российской Федерации и имеющим большой общественный резонанс».
История рейдерства насчитывает не одно столетие, хотя сам термин введен в деловой оборот на рубеже XIX — XX вв.

В России масштабный криминальный передел собственности связывается с началом перестройки, правда, тогда такой передел еще не называли рейдерством, в силу того, что такого слова просто не знали.

С позиций сегодняшней действительности те события иначе как масштабным рейдерством назвать нельзя. Аналогичную точку зрения высказывает судья Арбитражного суда г. Москвы П.А. Марков: «Несколько лет назад термин „слияния и поглощения“ не был известен не только простому российскому гражданину, но и профессиональному юристу. Однако это не говорит о том, что в нашей стране не протекали процессы, которые обозначаются данным термином. Первым таким явлением стала приватизация, которая позволила чиновникам оптом скупать за бесценок акции бывших государственных предприятий, преобразованных в акционерные общества; формировать контрольные пакеты акций в руках новых руководителей акционерных обществ».

Злоупотребление судебными актами и использование их в преступных схемах является распространенным средством при злоупотреблении гражданскими правами. При этом злоупотребляющие лица рассчитывают на правило преюдиции (от лат. praejudicio — предрешение), т.е. обязательности для всех судов и других организаций принять без проверки и доказательств факты, ранее установленные вступившим в законную силу судебным актом.
Такие действия участников обществ в обход нормы закона часто совершаются именно под прикрытием якобы преюдициальных судебных решений.
Судебными актами, которыми уже установлены все нужные обстоятельства пользуются рейдеры и захватчики. В рамках арбитражного процесса, в том числе в делах о несостоятельности (банкротстве), а также в случаях, когда жертвы таких рейдреских атак пытаются возбудить уголовные дела против захватчиков, что является в основном безуспешным и трудоемким процессом, при котором «утекает» драгоценное время на защиту нарушенных прав и интересов.
Арбитражный процессуальный кодекс РФ устанавливает в статье 69 – «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица. Вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле. Вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом».

Аналогичная позиция законодателем выражена в ст. 61 Гражданского процессуального кодекса.
Уголовно процессуальный кодекс РФ устанавливает в ст. 90 – «обстоятельства, установленные вступившим в законную силу приговором, либо иным вступившим в законную силу решением суда, принятым в рамках гражданского, арбитражного или административного судопроизводства, признаются судом, прокурором, следователем, дознавателем без дополнительной проверки».

Таким образом, захватчики как правило, перед осуществлением непосредственно рейдерского захвата через подставных лиц, как физических, так и юридических заранее устанавливают те или иные обстоятельства в судебном порядке, в гражданском процессе или в арбитражном, которые впоследствии являются существенными обстоятельствами, установленными судом и не подлежат повторному доказыванию. В том числе в рамках доследственной проверки или в рамках уголовного дела, как правило, возбужденного в отношении неустановленного лица. После того как нужный судебный акт вступает в законную силу, рейдеры – кредиторы начинают активные действия по захвату предприятия. Одним из удобных захватов является инициирование банкротства предприятия, которое, как правило, безуспешно пытается обжаловать вынесенные судебные акты с целью опровержения искусственной кредиторской задолженности, либо пытается избежать введения процедуры банкротства – конкурсное производство. В конкурсном производстве отстраняется от руководства единоличный исполнительный орган, а также во многом ограничены учредители или акционеры юридического лица по управлению своим предприятием. Такое управляемое банкротство со стороны кредиторов захватчиков можно вести длительное время, одним из примеров подобного дела является дело №А76-8958/2004, которое длилось с 08.06.2004г. (дата введения процедуры банкротства – наблюдение) по 13.05.2014г. (дата завершения конкурсного производства). В настоящее время территория завода никому не принадлежит, фактически там находятся руины предприятия, который ранее до 2004г. являлся одним из крупных предприятий металлургического машиностроения. Соответственно в период банкротства из предприятия были выжиты все соки, ликвидные активы выведены и оставлены голые стены, даже металлоконструкции срезаны и сданы на металлолом.

Необходимо отметить, что захват корпоративного контроля над юридическими лицами путем «размыванием» акций с последующей искусственной реорганизацией, уже не является таким распространенным способом как раньше по сравнению с искусственным банкротством захваченного предприятия. Мировые соглашения, утверждаемые судебными актами, направлены на признание права собственности, на обход крупных сделок. Необоснованный отказ от иска, признание иска и т.п. образуют в многоуровневых схемах злоупотребительное использование юридической силы судебных актов, в том числе и актов арбитражных судов в рамках банкротства.

К сожалению, выявить на начальном этапе судебного производства, что дело подстроено или является заказным не всегда доступно, так как формально все документальные доказательства соответствуют нормам закона, а суд как известно исследуем как раз те самые письменные и вещественные документальные доказательства, которые представляют стороны. Суд самостоятельно не вправе собирать и истребовать доказательства без соответствующих волеизъявлений сторон и оснований.

Распространены также случаи, когда рейдеры действительно скупают долги своей жертвы – ликвидного предприятия и взыскивают данную задолженность с последующей целью обращения в арбитражный суд для подачи заявления о признании должника несостоятельным (банкротом). Либо инициируют несколько различных судебных разбирательств в разных регионах с целью взыскания искусственно созданной кредиторской задолженности, причем в таких судебных делах выносятся определения о принятии обеспечительных мерах. Судебные дела, как правило, инициируются в различных судебных инстанциях, как в судах общей юрисдикции (где получить обеспечительные меры гораздо проще) так и в арбитражных судопроизводствах, в том числе в порядке упрощенного судопроизводства. Таким образом, должник, который может быть и не должен не чего «бегает» по территории РФ и доказывает в судебных инстанциях свою правоту. В это время захватчики успевают получить в нужном суде нужное решение и готовят материалы для инициирования дела о банкротстве предприятия, в котором утверждают нужного им арбитражного управляющего с целью осуществления различных злоупотреблений направленных на нарушение прав и интересов должника.

Однако вышеперечисленные действия осуществляются не только в отношении юридических лиц, но и в отношении граждан. Совершение таких действий стало возможным с сентября 2015г., когда в ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» были введены изменения позволяющие кредиторам обращаться в арбитражные суды с заявлениями о признании несостоятельным (банкротом) граждан физических лиц, которые не являются индивидуальными предпринимателями.

Если проанализировать данные с картотеки арбитражных дел то можно понять, что в 30% от всех поданных заявлений о признании должника – гражданина несостоятельным (банкротом) такие заявления были поданы со стороны кредиторов, в том числе кредитных организаций. Целью подачи заявления о банкротстве со стороны кредитора является максимальное взыскание денежных средств путем продажи ликвидного имущества должника с торгов, которые в большинстве случае длительное время признаются несостоявшимися по причине отсутствия заявок. Затем после того как арбитражный управляющий публикует сведения о последующем снижении стоимости на каждые 10% от установленной стоимости имущества, то появляется возможность выкупить имущество со скидкой в 70% от реальной его стоимости. Получается, что обанкротить физическое лицо для кредитора намного выгоднее, чем обращаться в службу судебных приставов и реализовывать имущества путем проведения публичных торгов через Росреестр. Так как после трех – четырех торгов признанных несостоявшимися судебный пристав – исполнитель оканчивает исполнительное производство актом о невозможности взыскания и возвращает исполнительные листы взыскателям.
Одним из примеров попытки захвата имущества должника кредитной организацией в 2015г. является дело №А76-25835/2015. В этом деле Банк пытался ввести в отношении должника — гражданина процедуру банкротства реструктуризация долгов, однако самое интересное, что на момент подачи такого заявления у должника не было просроченной задолженности в указанном кредитном учреждении. Мнение Банка было такое должник имеет неисполненные обязательства перед другими кредитными организациями и «мы» считаем правомерным обращаться с таким заявлением. Учитывая высокий общественный резонанс и отсутствие законных оснований удовлетворить требования Банка, суд вынес Определение о прекращении производства по делу о банкротстве.
Однако не всегда достаточно предоставления документальных доказательств в суд, чтобы должнику избежать процедуры банкротства. Так в картотеке арбитражных дел находится дело №А76-16206/2016 о банкротстве физического лица гражданина, имеющего статус индивидуального предпринимателя. В данном деле основным кредитором является физического лицо на сумму более 5 млн. руб., которое посредством скупки долгов у юридических лиц получил возможность обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, утвердив нужного ему финансового управляющего с целью получить единственный ликвидный актив на сумму более 15 млн. рублей. Причем долги скупались по договору цессии, которые фактически со стороны Цессионария в части оплаты исполнены не были, однако суды не обратили никакого внимания на данные обстоятельства.
Ошибки в объеме правового регулирования выявляются при сопоставлении норм права, объединенных в один правовой режим. Так, например, п. 1 ст. 1024 ГК РФ устанавливает, что договор доверительного управления имуществом прекращается вследствие: смерти гражданина, являющегося выгодоприобретателем, или ликвидации юридического лица — выгодоприобретателя, если договором не предусмотрено иное; смерти гражданина, являющегося доверительным управляющим, признания его недееспособным, ограниченно дееспособным или безвестно отсутствующим, а также признания индивидуального предпринимателя несостоятельным (банкротом); признания несостоятельным (банкротом) гражданина, являющегося учредителем управления. По смыслу правового режима доверительного управления имуществом договор должен прекращаться не только с банкротством гражданина-предпринимателя, являющегося учредителем управления, но и при банкротстве юридического лица — учредителя управления, поскольку это прямо следует из п. 2 ст. 1018 ГК РФ. Кроме того, договор доверительного управления прекращается не только банкротством индивидуального предпринимателя, являющегося доверительным управляющим, но и банкротством юридического лица, которое в силу ст. 1015 ГК РФ также может быть доверительным управляющим. Отсюда очень быстро развиваются различные преступные схемы, связанные с передачей «горящего» имущества в доверительное управление и последующая его защита от правомерных требований кредиторов со злоупотреблениями на ссылки и на п. 2 ст. 1018 ГК и п. 1 ст. 1024 ГК.

С проблемой рейдерства сталкиваются многие страны, однако Россия имеет свою специфику. К сожалению, в основе нашего рынка корпоративных захватов лежит коррупционная составляющая (покупка судебных решений, «оборотни в погонах» из различных силовых структур, коррумпированные представители фискальных органов, знаменитый «административный ресурс» и т.д.). Речь идет даже не об открытом бандитском шантаже владельцев бизнеса, силовых захватах, хищениях реестров акционеров и прочих действиях, подпадающих под соответствующие статьи УК РФ.

Главная беда — когда при формальном соблюдении законности правонарушения совершаются с молчаливого согласия, а иногда и при активной поддержке представителей тех органов, которые должны эти преступления пресекать, а преступников наказывать.
Однако возможности противостоять корпоративным агрессорам, использующим «коррупционный ресурс» при попытках захвата чужого бизнеса либо актива, существуют.
Базируются они на правовых механизмах, использование которых возможно в рамках действующего законодательства.

Для того чтобы выявить методы борьбы с агрессором, надо определить, какие цели он преследует, и «точки приложения усилий», которые позволяют ему эти цели достигать.
Целью агрессора является захват актива компании (например, объект недвижимости, акции/доли в дочерних обществах, иной вид актива). Для достижения этой цели у него есть три пути:
— довести компанию до конкурсного производства (путем скупки ее долгов либо провоцирования создания конфликтной кредиторской задолженности, в том числе с использованием коррупционного ресурса) с последующей продажей актива, который интересует агрессора, по бросовой цене самому себе;
— прямое воздействие на единоличный исполнительный орган Общества (подкуп, шантаж) и принуждение его к сделке по отчуждению интересующего агрессора актива в свою пользу на сверхвыгодных для агрессора (и, естественно, крайне невыгодных для ООО — владельца актива) условиях;
— прямое воздействие на основного собственника (собственников) Общества с ограниченной ответственностью — владельца актива (как правило, шантаж) с целью формирования «своих» органов управления подвергшегося нападению юридического лица (совет директоров, единоличный исполнительный орган), гарантированно обеспечивающих реализацию процедур принятия решений по отчуждению необходимого агрессору актива на сверхвыгодных для него условиях.
Целью агрессора является бизнес в целом, со всеми его активами, позицией на рынке, связями с контрагентами, деловой репутацией и т.д.
В этом случае поведение агрессора определяется однозначно: прямое «силовое» воздействие (шантаж и т.д.) на физическое лицо — основного владельца бизнеса, уступка доли которого в капитале компании означает ее переход под контроль агрессора. Задача агрессора заключается в том, чтобы заставить владельца бизнеса заключить договор, по которому бизнес (либо его значительная часть) юридически будет переоформлен на агрессора (либо его аффилированных лиц).

В итоге усилия, способствующие рейдерскому захвату, являются:
— существующая либо искусственно создаваемая кредиторская задолженность как в отношении юридического лица, так и в отношении гражданина – владельца бизнеса;
— органы управления Обществом (прежде всего единоличный исполнительный орган);
— физические лица — владельцы Общества с ограниченной ответственностью (даже если компания принадлежит юридическим лицам, отследить «цепочку владения» до конкретных физических лиц агрессору особого труда не составит).

Таким образом, банкротство в настоящее время не всегда используется с той целью, для которой Правительство России разработало закон о банкротстве и вносит различные изменения с целью усовершенствования данного закона для облегчения взыскания с должника подлежащих удовлетворению сумм кредиторам, т.к. некоторые недобросовестные кредиторы искусственно используют методы банкротства, захватывают не только малые предприятия, но и целые имущественные комплексы, доводя при этом до банкротства не только предприятия но и физических лиц владельцев бизнеса или простых граждан, имеющих какое – либо ликвидное имущество, которое можно реализовать для себя за бесценок.

Стоит отметить, что в настоящее время при грамотном подходе и в нужное время существуют возможности противостоять как корпоративным агрессорам, использующим «коррупционный ресурс» при попытках захвата чужого бизнеса либо актива, так и агрессорам, чьи действия направлены на захват имущества физических лиц.
Однако зачастую собственник бизнеса либо граждане редко обращаются к грамотным специалистам, способным противостоять агрессору без утечки информации и драгоценного времени необходимого для устранения возникшей угрозы – краха своего предприятия и лишения как минимум имущества, а как максимум и свободы.

По вопросам противодействия рейдерскому захвату и спасению бизнеса от захватчиков рекомендую обращаться в ООО «ВСГ» функционирующему при Первом Арбитражном Учреждении.
Юридические услуги при СУДЕ.
Выиграно более 200 сложных дел.
Списано более 1 млрд. рублей.
Опыт более 10 лет.
Звоните 8(3519) 49-59-59, записывайтесь и приходите на консультацию.
Мы находимся — г. Магнитогорск, Чапаева 21.
Мы решим Ваши проблемы быстро!
vipsud.ru
fz-127.ru
Обновить список комментариев

Комментарии (0)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.