Найти

.Блог главного редактора.

Искупительная жертва честного юриста Дмитрия Медведева

Современные единомышленники Константина Победоносцева должны очень сильно гневаться на Дмитрия Медведева за его антикоррупционную риторику. Его слова «коррупция душит Россию» вполне созвучны отчетам Transparency International, которая неизменно ставит нашу страну по распространению мздоимства на уровень Уганды или Нигерии. После того, что он наговорил по этому вопросу, другие представители высшей бюрократии, стремящиеся выглядеть адекватно, не смогут (некоторое время, по крайней мере) говорить о том, что коррумпированные чиновники, правоохранители и судьи встречаются в современной российской действительности довольно редко. Теперь невозможно замалчивать масштабы коррупции, и адепты существующей власти типа Станислава Говорухина вынуждены обелять нынешнее положение вещей с помощью парадоксальных суждений вроде того, что у нас в стране коррупция цивилизованная.

На излете президентства Медведеву забросили мысль и коренным образом радикализовать борьбу с одним из трех главных российских зол, попытаться сделать существенно больше, чем проведение через парламент ряда противоречивых законодательных новелл. Группа, занимающаяся проектом под названием «Открытое правительство», словами опытного и взвешенного Сергея Алексашенко предложила создать «центральный орган по борьбе с коррупцией на уровне федерального руководства».

«Все страны, которые существуют в ситуации изменяющихся институтов, это и Восточная и Центрально-Восточная Европа, это Юго-Восточная Азия, это Латинская Америка, – все они создают специальный орган вне [действующих] институтов, — доказывал Алексашенко. — Опыт показывает, что в той ситуации, в которой находится Россия, когда, к сожалению, коррумпированы основные правоохранительные структуры, борьба с коррупцией не может вестись без создания такого органа. Все страны, которые попадали в такую ситуацию, в которой находится Россия, они шли по этому пути».

Медведев с ним не согласился. По его словам, ему больше нравится «идея помещения соответствующей структуры внутрь Генпрокуратуры», потому что именно на ней «лежит финальная ответственность за борьбу с преступностью в стране».

Подобная локация антикоррупционной службы, конечно же, вызывает вопросы с учетом репутации надзорного ведомства после скандала с «прокурорскими казино», но не в этом главное. Показательнее другие аргументы, с помощью которых Медведев поставил под сомнение актуальность предложения Алексашенко. «Создание чего-либо инородного [независимой структуры для борьбы с коррупцией – прим. авт.] либо превратится в неработающий орган, либо, извините, в бюро по сведению счётов между различными кланами и группировками», — сказал президент, а потом пересказал историю из времен свой работы в президентской администрации. Если она соответствует действительности, то представители действующих во власти кланов и группировок несколько раз предлагали создать «такое бюро» и самим стать у его руля. «Я был тогда категорический противник этого, потому что я понимал, для чего это делается, — продолжил воспоминания Медведев. — Чтобы удушить своих, условно говоря, конкурентов, где бы они ни находились».

Что значат эти слова? А то, что действующий пока еще глава государства, по сути, подтвердил слова информатора разведывательно-аналитической компании Stratfor под кодом RU101, которого некоторые почему-то называют именем генерального прокурора Юрия Чайки. «Я уже говорил о том, что Путин установил базовые правила, по которым кланы воюют друг с другом», — сказал этот источник. По его словам, глав кланов не трогают, «летят головы тех, кто во втором эшелоне власти».

Слова Медведева представляют констатацию ужасного для государства факта: оказывается, во властных структурах нет ни одной весомой фигуры с чистыми руками, которая могла бы возглавить борьбу с пожирающей страну коррупцией. А из этого следует, что никакой антикоррупционной борьбы не будет, по-прежнему будет функционировать система сдержек и противовесов в борьбе между различными кланами.

Стенограмма не дает возможности узнать, с каким чувством говорил все это Медведев. Возможно, спокойно, описывая ту самую «цивилизованную коррупцию». Может быть, с болью в душе. Хотя, вряд ли. Если бы верно было последнее, то Медведеву не на пост главы правительства надо уходить, а немедленно создавать российский аналог сингапурского бюро по расследованию случаев коррупции и начинать с пары показательных процессов, требующих накопленной на президентском посту политической воли. Чем не искупительная жертва за четыре года вождения общества за нос в вопросе о своем втором сроке?
Обновить список комментариев

Комментарии (2)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
  • очень понравилось. относительно ведомства, которому будет поручена «борьба с коррупцией», — это инструмент беспрепятственной реализации (материализации) задуманного и желаемого. О какой борьбе может вестись речь, если сознательно подразумевает длительный процесс (читать, массовый) над инакомыслием?! Зачем создавать и кормить еще одного «помощника», при этом обрекая на гибель, передав на воспитание тому, чья «коррупционная составляющая» зашкалила (например, на ТВ).
    В целом, озвучил чью-то мысль для удовлетворения широких масс.

    • "… А из этого следует, что никакой антикоррупционной борьбы не будет, по-прежнему будет функционировать система сдержек и противовесов в борьбе между различными кланами."
      Опытный и взвешенный С.Алексашенко наверняка знает, что сами ОНИ не собираются всерьез бороться с коррупцией. И если ИХ не удается сменить, то что остается? Принудить к действиям? Ответ честного юриста показывает, что это бесполезно, т.е., будет продолжаться симуляция борьбы.
      Вывод напрашивается — либо ОНИ с коррупцией, либо борьба с коррупцией, но уже без НИХ.

      Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.