Найти

Судья ВАС РФ, профессор МГУ Дмитрий Дедов

должная осмотрительность кредитора и банкротство

Спасибо за отклики. Они меня вдохновляют. Я до сих пор сомневаюсь в цели этого блога. Я хочу, чтобы он носил не новостной, а профессиональный характер. Я убежден, что чем больше знаний, тем меньше конфликтов. А это, возможно, хоть немного снизит нагрузку на судей. Что касается добросовестности должника, хочу обратить внимание на следующее.

В проекте изменений в ст. 10 ГК добавлен такой критерий недобросовестности как обход закона. Действительно осуществление прав с целью причинения ущерба, как это написано в действующей редакции отражает чисто формализованный подход, распространенный в науке гражданского права. Но справедливый закон не может допустить ситуацию, когда использование права наносит ущерб другому лицу. Это предполагается, даже если прямо не написано в норме. Это общий принцип. Значит, в данном случае речь идет об учете смысла закона при осуществлении каждым участником своих прав.

Надо исходить из этого, когда мы сталкивается с институтом банкротства. Надо помнить, что банкротство – это лишь правовой инструмент, внешне формализованный, как и все остальные. Эффективность этого инструмента определяется тем, насколько эффективно он используется в конкретных правоотношениях.

Исходя из этого, отмечу важность замечания Дмитрия Чиракадзе о том, что на момент возбуждения дела о банкротстве бывает слишком поздно реабилитировать должника. В этом случае закон реагирует лишь на наличие задолженности. А как обстоит дело с реальными отношениями (причины несостоятельности). Мне попадались следующие случаи:
1) основной долг возник из наращивания заемных обязательств: многие предприниматели любят жить в долг, причем жить красиво (дорогие машины, виллы и прочее), демонстрируя шикарный образ жизни; это производит впечатление успеха; при этом функционирование бизнеса не позволяет ему платить по долгам; в таком случае кредитор отчасти виноват сам, он не смог оценить бизнес заемщика, его способность генерировать доход в должном размере или не поставил условия с тем, чтобы причитающийся размер периодических платежей направлялся именно на погашение кредита, а не на покупку членства в гольф-клубе или яхты. В данном случае сложно говорить о недобросовестности должника, если он мог проявил небрежность в расчете своих будущих доходов. Кстати, все успешные банки держат в своем штате специалистов именно по отраслям экономики. Главное для банка – хорошо знать бизнес заемщика.

2) деятельность должника идет так себе, доходы не превышают расходы, и он некоторое время (это может растянуться на годы) держится на плаву, а затем, исчерпав ресурсы, входит в банкротство. Вот в такой ситуации закон о банкротстве в статье 8 говорит лишь о праве должника, а не об обязанности обратиться в суд:
«Должник вправе подать в арбитражный суд заявление должника в случае предвидения банкротства при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что он не в состоянии будет исполнить денежные обязательства и (или) обязанность по уплате обязательных платежей в установленный срок».
Но ведь надо было проводить реструктуризацию с самого начала. Я бы попытался привлечь к ответственности контролирующих лиц за бездействие по ст. 10 закона о банкротстве. Однако даже в таких случаях бизнесмены должны уметь отслеживать финансовое положение потенциального контрагента, вступая с ним в отношения. Некоторые заказчики, например, требуют от подрядчиков финансовую отчетность, чтобы проверить его платежеспособность, хотя вроде бы на первый взгляд, они сами должны будут платить за работу. Такие сведения требуют и при допуске к участию в торгах. Должная осмотрительность будущего кредитора
Кстати, доступность информации о судебных актах не только повышает доверие к судебной системе, но очень удобна самим участникам рынка, у которых появилась возможность получить более полную информацию о состоянии дел у потенциального контрагента.

3) кризис – негативные последствия неожиданны и жестки; в таких случаях видно, что нужна скорейшая реструктуризация бизнеса, обычно заканчивающаяся сжатием бизнеса. В таком случае (а он является классическим) наш закон о банкротстве не гибок. Надо ли ждать 7 месяцев, чтобы провести наблюдение, тем более, если должник сам заинтересован в том, чтобы сократить расходы на процедуры банкротства и раскрывает всю информацию о кредиторах, активах и долгах; В таких случаях нужен и антикризисный управляющий, который ночами не спит, а старается как можно быстрее восстановить платежеспособность. Я таких не встречал. Их имена были бы известны. Ног их можно найти не обязательно среди арбитражных управляющих (которых этому, по-моему, не учат), а среди бизнес-консультантов; почему бы их не привлечь.
На одном научном форуме профессор МГУ Карелина С.А. (кафедра предпринимательского права) высказала интересную мысль о том, чтобы кредиторы и должник имели возможность проводить реструктуризацию под контролем кредиторов до введения процедур банкротства. Это есть ни что иное как debtor in possession, и такое можно сделать, если добавить в рамки статьи 8 закона о банкротстве процедуру. Пока закон жестко, но не всегда оправданно отвечает собственникам бизнеса: хотите прекратить банкротство – заплатите сами за должника.

4) должник, видя печальность своего положения, выводит имущество, удовлетворяет избранных кредиторов, наращивает долг для привлечения «своего» управляющего и контролировать активы, прибегает к рисковым операциям – все это злоупотребления, но только два из них прописаны в законе, а с третьим пока удается совладать лишь с недавних пор на уровне Президиума ВАС (13603/10, 2751/10, 2070/10) с помощью широкого истолкования права кредиторов на возражения.
Обновить список комментариев

Комментарии (6)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
  • Спасибо за упомянутые дела
    на уровне Президиума ВАС (13603/10, 2751/10, 2070/10)

    Помогут нам в ближайшие дни в апелляции.

    • Очень интересный и познавательный пост! Тем более, что он основан на сугубо эмпирических наблюдениях автора в процессе его судебной практики.

      У меня был недавно случай. И я этот случай припишу к должной осмотрительности кредитора. ООО, в котором мой клиент был учредителем, задолжало огромные суммы перед кредиторами и мой клиент в надежде спасти имущество (автомобиль), который был на балансе ООО, решил вывести из баланса путем передачи другому лицу на безвозмездной основе. Однако, кредитор уже подал в суд, и в ГАИ наложили запрет на продажу машины.

      Но здесь возникла интересная ситуация. В целях сохранения автомобиля, клиент решил выплачивать N-ные суммы каждый месяц кредитору, и судебные исполнители согласились на такой шаг, однако у некоторых возникли сомнения в целесообразности.

      Я если честно в недоумении. Я не сомневаюсь в том, что мой клиент может, таким образом, расплачиваться с долгами, но сомневаюсь в том, что кредитор будет ждать возмещения всего долга, когда есть имущество, которое можно продать и все возместить.

      Что думают коллеги насчет этого?

        • Айбек, зачем Вы загромождаете топик комментариями, которые содержат в себе отдельную тему? Создайте соответствующий топик.

        • Хорошо! :)

            • Cepгей Громов
            • 25 мая 2011, 19:56
            • 0
            справедливый закон не может допустить ситуацию, когда использование права наносит ущерб другому лицу
            Использование кредитором права требования всегда наносит ущерб должнику. Другое дело, что главной целью использования права требования не должно быть причинение ущерба.
            Эффективность этого инструмента определяется тем, насколько эффективно он используется в конкретных правоотношениях
            Разве эффективность института банкротства не измеряется отношением общей суммы средств, направленных на удовлетворение требований конкурсных кредиторов, к общей сумме средств, включенных в реестр, в целом по стране за период действия института в определенном виде? Весьма иллюстративный критерий — в одной стране показатели выше, в другой — ниже. Вот и инструмент оценки эффективности. Интересно, кто-нибудь занимался такими подсчетами?

            Финансово-хозяйственные причины неплатежеспособности должника и «влипания» кредитора могут быть различными, но они не должны влиять на дифференциацию прав и обязанностей лиц, участвующих в деле о банкротстве. В то же время формализованные результаты экспресс-анализа (или, напротив, углубленного изучения) отчетности должника вполне могут быть критерием выбора надлежащей процедуры, а эмпирически обоснованная типология проблемных ситуаций, в которых может оказаться должник, вполне может быть базой для разработки нескольких видов процедур и соответствующих им правовых режимов.

            Только на первой стадии такой разработки потребуются усилия ученых и практиков — специалистов по антикризисному управлению. Что-то мне подсказывает, что их на пушечный выстрел не подпускают к разработке норм, регулирующих отношения, связанные с банкротством.

            • Прочитал Постановление Президиума ВАС РФ № ВАС-15935/11, наверно не корректно будет сказано, но я РУКОПЛЕЩУ, особенно абзацу 5 на странице 7. Браво!

              Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.