Найти

Муранов, Черняков и партнеры

Отчет ВЦИОМ об отношении к институту третейского разбирательства: ловкость слов и цифр и ниакого мошенничества?

Существуют три вида лжи: ложь, наглая ложь и статистика.
Марк Твен.
Если скрестить статистику с российскими социологическими опросами,
то получишь четвертый вид.
А. Муранов


22 октября 2013 г. на «Право.Ru» был обнародован документ ВЦИОМ «Отчет по результатам количественного исследования. Изучение отношения юридического сообщества и бизнеса к институту третейского разбирательства в РФ» (далее — Отчет). До этого, 19 сентября 2013 г. он был предварительно-кулуарно представлен в Госдуме на круглом столе «Реформа третейского судопроизводства». Вплоть до появления Отчета лидером в России по не вполне удовлетворительным опросам в третейской сфере было исследование Комиссии по арбитражу ICC Russia «Россия как место арбитража». Впрочем, по сравнению с Отчетом это исследование — просто верх изящества и беспристрастности: Комиссия по арбитражу просто не умеет того многого, что давно может ВЦИОМ.

Однако не будем вслед этому уважаемому институту голословными, а укажем лишь на самые важные упущения в Отчете.

I. КОЛИЧЕСТВЕННЫЙ ХАРАКТЕР ИССЛЕДОВАНИЯ ВЦИОМ КАК КЛЮЧ К ПОНИМАНИЮ ЕГО НЕКОРРЕКТНОСТИ

Если мой сосед бьет свою жену ежедневно, а я не бью ее никогда,
то в свете статистики мы оба бьем ее через день.
Приписывается Джорджу Бернарду Шоу


Как известно, в социологических исследованиях количественные методы иногда противопоставляют качественным (не в смысле качества содержания исследований и их выводов, а в методологическом смысле): «Количественные методы ставят в центр рассмотрения общие закономерности, при которых из сложной феноменологии отдельных случаев выводятся повторяющиеся или общие признаки. Тем самым в отличие от качественных методов здесь не учитывается единичное и особое в предмете исследования и ситуации».

Какой же из этих методов оптимально использовать для изучения института третейского разбирательства в России (особенно если принять во внимание особенности этого изучаемого явления)? Нельзя же не учитывать, что данный институт обладает следующими, в частности, характеристиками:
1) отечественное нормативное регулирование так называемых «внутренних» третейских судов обладает серьезными недостатками. При этом регулирование международного коммерческого арбитража в России отчасти более совершенно;
2) третейские суды не образуют в России какую-то систему или гомогенную среду. Это, скорее, некий относительно упорядоченный хаос.

Сфера третейского разбирательства в России неплотная и разорвано-лоскутная. Подавляющее большинство третейских центров отличаются слабостью, действительно серьезными можно назвать не более десятка из них. Эта малочисленная группа очень выделяется на общем сером фоне.

Еще более контрастно в этих условиях выглядит МКАС при ТПП РФ (далее — МКАС): старейший отечественный арбитражный центр, серьезно превосходящий многие другие (что не означает, что он идеален). Но если мы имеем дело с ярко гетерогенной средой, то очевидно, что для ее изучения оптимально использовать качественные методы, а отнюдь не количественные. Само собой, применение количественных методов к такой среде также возможно, но следует понимать, что выявленные таким образом единые закономерности, повторяющиеся или общие признаки будут являться крайне приблизительными и неточными. Иными словами, эти результаты лучше всего охарактеризовал Б. Шоу: см. выше. Или, как гласит одна из шуток на www.anekdot.ru, «Опрос ВЦИОМ показал, что бездомные потеют сильнее, чем сотрудники „Макдональдса“».

II. РАЗДЕЛ «ЦЕЛЬ И ЗАДАЧИ»

Социология — это наука с максимальным множеством методов
и минимальными результатами.
Анри Пуанкаре


1. ВЦИОМ поставил высокую планку: «Выявить отношение и уровень доверия целевых аудиторий к институту [sic!] третейского разбирательства в РФ (к системе [sic!] в целом и отдельным ТС [sic!]), составить рейтинг известности отдельных ТС [sic!]». Однако никакой системы третейских судов в России нет. Есть, скорее, как уже говорилось, некий относительно упорядоченный хаос. Видимо, его и имеет в виду ВЦИОМ под «системой». Кроме того, отождествлять систему третейских судов и институт третейского разбирательства — грубейшая методологическая ошибка. Наконец, из-за негомогенности третейской среды в России нельзя не противопоставлять нормативное регулирование и практику его применения: институт в теории вполне симпатичный, но практика его применения нередко дикая. ВЦИОМ этот момент до конца не учитывает. Кроме того, в Отчете не говорится ни о каких отдельных третейских судах (кроме МКАС). Рейтинг их известности также отсутствует. Вывод: тема, вопреки обещаниям, не раскрыта.

2. Среди проблем, которые определял ВЦИОМ, фигурировало «отсутствие независимых органов текущего контроля и содействия третейскому разбирательству (проблемы — невозможность согласовать арбитра, сомнения в компетенции третейского суда, недоверие арбитру и т.д.)». Эта формулировка свидетельствует, что лица, проводившие исследование, в третейском разбирательстве разбираются не вполне. Объединять вопросы формирования состава арбитража и отвода арбитров с вопросом о компетенции третейских судов — грубая ошибка. Если по первым действительно еще можно говорить о наличии в российском регулировании неясностей, то все сомнения по поводу компетенции третейских судов разрешают, как известно, государственные суды. Возможно, ВЦИОМ хотел намекнуть, что в России суды не являются независимыми.

III. РАЗДЕЛЫ «ВЫБОРКА И МЕТОД ИССЛЕДОВАНИЯ» И «ОПИСАНИЕ ВЫБОРКИ»

Социология – это наука, которая изучает людей, которые не хотят, чтобы их изучали.
Э. Тернер.
Опросы населения проводятся для того, чтобы население знало, что оно думает.
NN


1. В Отчете в качестве метода исследования указан «Онлайн-опрос представителей целевых аудиторий по специально разработанной анкете». В случае с автором настоящей работы все было совершенно не так. Ему звонила сотрудница ВЦИОМ, в общении с которой явно чувствовалось, что она не до конца понимает того, о чем спрашивает.

2. В качестве целевых аудиторий в Отчете указаны четыре:
— корпоративные юристы — 125 человек, 42% от респондентов;
— практикующие юристы-аутсорсеры — 100 человек, 33% от респондентов;
— малый и средний бизнес (на самом деле юристы компаний малого и среднего бизнеса) — 50 человек, 17% от респондентов;
— представители экспертного, научного и преподавательского сообществ, чиновники, судьи [sic!] — 25 человек; 8% от респондентов.

Само собой, у ВЦИОМ было право выбирать любые целевые аудитории. Но тогда у него была и обязанность пояснять, почему именно такие и почему именно в такой пропорции. И где методология отбора? Если ВЦИОМ этого не сделал, то он действовал без понимания реальной ситуации с третейским разбирательством в России, что влекло a priori серьезные неточности.

При этом совершенно непонятно, почему это в целевую аудиторию не попали арбитры. Почему-то в Отчете указание на опыт работы с третейскими судами (стр. 7) не включает в себя деятельность в качестве арбитров. Как известно, и корпоративные юристы, и практикующие юристы-аутсорсеры, и представители экспертного, научного и преподавательского сообществ часто выступают арбитрами.
Если ВЦИОМ намеренно отобрал тех лиц в целевые аудитории, которые арбитрами ни разу не были (а автор настоящей работы оказался единственным исключением), то такое исследование, если в нем эти арбитры не участвовали (а многие из них реально настроены критически, в том числе в отношении МКАС), серьезным не назвать.

3. На стр. 5 Отчета указано, что возраст респондентов «от 25 до 55 лет». Это еще раз указывает на то, что в состав респондентов такие важные «акторы», как серьезные арбитры, не вошли: большинство их сегодня в России старше 55 лет. Еще возникает очень интересный вопрос: а как это ВЦИОМ умудрился отсечь людей старше 55 лет? Видимо, он просто не допускал их к опросу. Или он не нашел никого из серьезных специалистов старше 55 лет, кто бы согласился участвовать в исследовании.

Например, автору настоящей работы 42 года, но лишь к 40 годам он только начал понимать, что к чему в третейском разбирательстве, несмотря на предшествующие 20 лет интенсивной практики, в том числе в третейской сфере. По-настоящему и глубоко что есть к чему, а не с обыденной и хвастливо-пиаровской точки зрения: слишком непростая сфера. А базировать Отчет на мнении тех, кто хотя бы в силу возраста объективно не может не знать гораздо меньше, нерационально. Однако ВЦИОМ решился. Впрочем, у него, возможно, была совсем иная задача: см. ниже выводы.

А не смешно ли узнать то, что среди респондентов только 12 человек были в возрасте между 45 и 54 годами (аж 4%!)? В третейской сфере это даже не расцвет, а только преддверие расцвета. Именно эти люди и могли бы точнее рассказать, что к чему. Но вместо них ВЦИОМ взял 175 человек в виде юристов — работников юридических лиц, обращающихся к третейскому разбирательству (корпоративные юристы и юристы компаний малого и среднего бизнеса). Это 58% от числа респондентов. 117 человек из них (39% респондентов) оказались молодыми специалистами-юристами различных структур, младшими помощниками старших корпоративных юристов, средними юристами в компаниях, нечасто старшими юристами или начальниками юридических департаментов. Именно их мнение ВЦИОМ и предлагает считать серьезными выводами.

IV. РАЗДЕЛ «КАЧЕСТВО РАБОТЫ ТРЕТЕЙСКИХ СУДОВ»

Статистики, как и судебные психиатры, могут подтвердить правоту обеих сторон.
Фиорелло Ла Гардиа, американский политик


1. «Важно отметить высокую неопределенность профессиональной целевой аудитории при оценке института ТС [эффективный или же неэффективный]. Наибольшая доля неопределенности у практикующих юристов-аутсорсеров: каждый пятый (21%) затруднился определить эффективность работы системы ТС в России» (стр. 9). Эта оценка, как подсказывает опыт, крайне сомнительна и противоречит обычной логике. Практикующие юристы-аутсорсеры, ежедневно сталкивающиеся со многими проблемами, гораздо четче понимают реалии третейской сферы, нежели иные респонденты, и ввиду этого они гораздо чаще склонны к радикальным оценкам.

2. Далее, на стр. 18 фигурирует следующий критерий: «Наличие возможности выбора третейских судей из широкого списка, не из списка». Вообще-то, это совершенно разные проблемы в третейском разбирательстве: выбор из списка (как бы широк он не был), и принципиальная возможность выбора не из списка. Объединять две эти проблемы в одном вопросе совершенно некорректно.

Так что нелогичность и непонимание специфики института третейского разбирательства в России со стороны ВЦИОМ налицо.

V. РАЗДЕЛ «МНЕНИЕ ЮРИСТОВ О МЕЖДУНАРОДНОМ КОММЕРЧЕСКОМ АРБИТРАЖЕ»

Статистика — самая точная из всех лженаук.
Джин Ко


1. Как говорится в Отчете, «Взаимодействие с институтом третейского разбирательства происходит довольно редко — раз в полгода и реже (40%)» (стр. 9). «У большинства опрошенных юристов либо нет опыта (55%), либо небольшой опыт (33%) рассмотрения споров в МКАС при ТПП РФ» (стр. 10). И при этом две трети опрошенных находятся вне Москвы и Санкт-Петербурга (стр. 6)! Возникает вопрос: а как вообще большинство этих респондентов могло оценивать деятельность МКАС, качество его решений и его проблемы? Если учитывать цифры самого ВЦИОМ, то они в его делах вообще могли не участвовать. Тут дело в чем-то ином, уже случавшемся в отечественной истории: «Я Пастернака не читал, но его работы осуждаю!». Кстати, 6% (стр. 30) респондентов и вовсе затруднились ответить на вопрос «Имеет ли Вы опыт рассмотрения споров в МКАС при ТПП РФ?»! Как видно, они еще не до конца определились или уже не помнят, участвовали ли они в разбирательствах в МКАС или же нет. Получается, что реально имели опыт работы с МКАС только 40%, как указано на стр. 30 (при этом на стр. 27 говорится почему-то уже о 41%).

2. Также на стр. 11 Отчета указывается: «Самые низкие оценки получили… система сбора… Оценка удовлетворенности юристов системой сбора в целом ниже среднего — около 4 баллов по 10-бальной шкале. Наиболее низкие оценки респондентов получил критерий „понятность системы сбора“ (в среднем 3,7 из 10 возможных)». «Адекватный размер сбора и прозрачность системы сбора — в среднем по 3,9 балла» (стр. 31). «Практикующие юристы-аутсорсеры более критично оценивают систему арбитражного сбора по всем трем критериям (от 3,2 до 3,5 баллов)». «Важно отметить, что представители экспертного сообщества (кто чаще имеет дело с МКАС) в большей степени не удовлетворены именно критерием прозрачности системы сбора, чем другими предложенными» (стр. 31). Это просто очередной апофеоз некомпетентности или респондентов, или ВЦИОМ. Положение об арбитражных сборах и расходах является приложением к Регламенту МКАС. В нем все четко и ясно расписано. Наверное, неясно лишь, как распределяется гонорарный сбор среди арбитров. Но если ВЦИОМ хотел сказать, что система вознаграждения арбитров должна быть более понятной для публики, то так и следовало говорить.

По этой причине якобы неудовлетворенность прозрачностью (!) системы сбора именно у представителей экспертного сообщества (кто чаще имеет дело с МКАС) — явная неправда. И, кстати, арбитражные сборы в МКАС гораздо ниже аналогичных сборов в LCIA, ICC, SCC. Как это могло вызывать недовольство практикующих юристов-аутсорсеров? Маловероятно, что они хотят, чтобы их клиенты несли расходы при рассмотрении дел в МКАС в большем размере.

Наверное, ВЦИОМ хотел подчеркнуть недовольство юристов тем, что как арбитры МКАС они зарабатывают не так и много. Но ведь из состава целевых аудиторий следует, что арбитры МКАС в их число не попали. На что же тогда жалуются юристы? Расстраиваются из-за того, что арбитры МКАС получают низкие гонорары?

НЕКОТОРЫЕ ОБЩИЕ ВЫВОДЫ

Факты — упрямая вещь,
но статистика и социология гораздо сговорчивее.
NN


1. Все вышеизложенное подтверждает: Отчет серьезным не является.
Его название неточное. В нем встречается подмена понятий.
ВЦИОМ крайне невнимателен к словам, а в специфически-арбитражной же терминологии он до конца не разобрался.
ВЦИОМ не осведомлен о некоторых базовых аспектах третейского разбирательства.
В Отчете корректные ответы на поставленные самим же ВЦИОМ задачи не даются. Заявлено одно, а сделано гораздо менее половины.
Методика отбора целевых аудиторий является совершенно непонятной. Отобранные целевые аудитории по многим показателям не могут считаться репрезентативными, а также компетентными и серьезными.
ВЦИОМ делает элементарные арифметические ошибки.
Приводимые им цифры вызывают сомнения в их истинности или противоречат опыту.
В Отчете имеется несколько внутренних противоречий.
В Отчете демонстрируется неполное владение правилами русского языка.

2. Как может представляться, истинная задача Отчета — нанесение исподволь удара по МКАС при ТПП РФ.
Об этом свидетельствует не только выбор МКАС в качестве цели для «исследования» (единственного из всех конкретных третейских судов). В пользу этого говорит и то, какие выводы делаются в Отчете в отношении «экспертного, научного и преподавательского сообщества», которое, как известно, превалирует в МКАС: одни из таких выводов выглядит правдоподобно, тогда как другие явно проводят идеи о ретроградстве такого сообщества, непонимании им «реальных проблем» третейского разбирательства в России, в отличие от «молодых корпоративщиков и аутсорсеров», его нежелании реформировать третейскую сферу в России и т.д.

О том же самом говорят и «выявленные недостатки» МКАС: якобы слабое техническое оснащение, а также неадекватная система арбитражных сборов. Эти две претензии давно уже бродят в среде критиков МКАС. На самом деле они представляют собой неверное понимание несколько иных проблем и достаточно искаженный взгляд на них. У МКАС достаточно сложностей, как и у всех в нашей стране (и много меньше, чем у некоторых других структур). Но далеко не тех проблем, которые якобы выявил Отчет. Что еще раз говорит о том, что опрашивалась не та целевая аудитория и опрашивалась некорректными методами.

3. В целом Отчет можно назвать, по субъективному рассуждению, длинно: в чем-то искусно-топорной смесью верного и неправды, с элементами манипуляции цифрами, с их частичной подгонкой под результат и с явно иногда видимой искусственностью многих выводов, со случающимся нередко одновременным жонглированием данными и с небольшим отвлечением внимания публики от реальных проблем третейского разбирательства в России, причем с одновременной слабой попыткой нейролингвистического ее программирования.

На месте заказчика Отчета можно было бы требовать от исполнителя компенсации убытков за столь небрежно выполненную работу. Причем в третейском суде, лучше всего в МКАС: он бы их в свете содержания Отчета точно взыскал.

А.И. Муранов, к.ю.н.,
доцент МГИМО (У) МИД РФ,
управляющий партнер коллегии адвокатов
«Муранов, Черняков и партнеры»

Полная версия текста доступна здесь.
  • 0
  • 28.11.2013, 15:44
  • Администратор блогов
Обновить список комментариев

Комментарии (0)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.