Найти

Уголовно-процессуальная наука

Понятие всесторонности, полноты и объективности

Статья подготовлена для одного из журналов из перечня ВАК. В настоящее время проходит обсуждение на кафедре уголовного процесса ЮИ СФУ. Буду признателен за комментари и замечания.

Всесторонность, полнота и объективность исследования – важнейшее положение в уголовном процессе, от которого зависит построение доказательственной деятельности. Даже то, что на сегодняшний день этого требования в законе, по сути, нет, не мешает признавать его действующим и необходимым. Причем признается это как в науке, так и в практической деятельности по расследованию преступлений{1}. Более того, традиционно подчеркивается особый статус в уголовном процессе требования всесторонности, полноты и объективности исследования.

Так, А. С. Барабаш отводит всесторонности, полноте и объективности ведущую роль в организации уголовно-процессуальной деятельности. Автор считает, что этот принцип является основным познавательным принципом, выражающим суть публичного начала уголовного процесса{2}. Ахмадуллин А.С. указывает, что всесторонность, полнота и объективность в иерархии процессуальных понятий должны занимать приоритетное положение{3}. В диссертации Г. А. Печникова защищается положение, согласно которому, российскому уголовному процессу никуда не убежать от диалектики и принципы диалектической логики «все равно будут прокладывать себе путь в познавательно-мыслительной деятельности следователей, судей и других лиц, ведущих процесс, побуждая к всесторонности исследования дела»{4}. Подобные выводы и суждения можно найти и у иных авторов {5}.

Соглашаясь с особой ролью всесторонности, полноты и объективности в уголовном процессе, считаем необходимым рассмотреть это положение с точки зрения философских основ, чтобы понять их сущность и потенциал для уголовного процесса. Собственно, именно гносеология и стала основой для появления данного положения в уголовном процессе.

В самом общем виде всесторонность в познании сегодня понимают как «философский, диалектический принцип познания и иных форм деятельности, выражающий всеобщую связь всех явлений действительности»{6}. Несмотря на разногласия философов в количестве, наименовании и содержании принципов диалектики, всесторонность как основной принцип диалектической логики, как правило, незыблем{7}. Согласно принципу всесторонности рассмотрения вещь, взятая в себе, должна рассматриваться не изолированно от необходимых условий ее существования, а в ее связях и отношениях{8}.

Однако в философии фиксируется ряд затруднений, связанных с всесторонним рассмотрением вещи. Связаны эти затруднения с тем, что формально установка на всесторонность, способна увести мысль в бесконечность связей и отношений. Обращаем внимание, речь о формальной установке, то есть не совсем верной. Уйти от данной установки можно постоянно удерживая цель исследования. Именно цель деятельности ее организует и удерживает в границах.
В этой связи, например, в учебном пособии В. П. Кохановского предлагается следующая схема реализации принципа всесторонности в познании:

а) вычленение предмета исследования и проведение его границ;
б) целостное «многоаспектное» рассмотрения предмета;
в) изучение в чистом виде каждой из сторон предмета;
г) осуществления познания как процесса, развертывающегося вглубь и вширь, в единстве интенсивной и экстенсивной его сторон;
д) вычленения сущности, главной стороны предмета, субстанциального его свойства{9}.

В целом, мы согласны с такой последовательностью и формулировками, но с учетом следующих дополнений и коррекций.
Вычленение предмета исследования и проведения его границ обусловлено, как мы уже упоминали, целью познания, которую ставит перед собой субъект, но при этом, такое вычленение должно иметь под собой и объективную основу. Этой основой является объективное бытие самого объекта, то есть, грубо говоря, выбранное нами должно быть, существовать, имеет качественную определенность, отличающую его от других предметов, быть целостным.
Переходя к пониманию механизма всестороннего познания, обратимся к работе Кумпфа Ф., Оруджева 3. М., которые его очень подробно описали.

Авторы указывают, что, вычленив предмет, очертив его границы, познание должно воспроизвести, фиксировать его возможные стороны для того, чтобы восходить к сущности, к глубинным связям и процессам предмета. В рассматриваемой работе этот аспект назван эмпирическим{10}. Именно там происходит выделение качественных и количественных характеристик, сторон предмета как простой совокупности. То есть в рамках очерченных границ должны фиксироваться все свойства, связи и отношения предмета, чтобы ничего не было исключено из познания произвольно.

Перейти ближе к сущности, к теоретическому аспекту всесторонности авторам помогает этап выделения «субстанциального свойства». Под последним надо понимать не отношение свойства к свойству или к другому предмету, а отношение свойств к внутренней основе предмета, субстанции; выявляется несводимость его к совокупности и даже системе свойств. Выделение субстанциального свойства как определяющей стороны предмета — свидетельство высшего уровня эмпирического понимания предмета и предпосылка его теоретического изучения… Через субстанциальное свойство мы нападаем на след сущности»{11}. Так представляют этот механизм указанные ученые. Но если авторы пишут, что они нападают на след сущности, то мы, сделав вывод о субстанциальном свойстве, можем сказать, что сущность уже найдена. И это никак не может произойти в рамках эмпирического аспекта в том виде, в котором он описан у рассматриваемых философов.

Например, субстанциальным свойством доказывания (сущностью) будет то, что оно является актом познавательной деятельности (в этом смысле единством мыслительной и практической деятельности). И именно это свойство позволит нам понять все остальные элементы процесса доказывания, доказательств в системе, в органическом единстве. Субстанциальным свойством принципа уголовного процесса будет то, что он по своей сути есть требование{12}. Это понимание поможет нам всесторонне рассмотреть принцип, и понять каким он должен быть в уголовном процессе. Ниже мы попытаемся показать, как всесторонность работает в этом аспекте в рамках конкретного уголовного дела.

В схеме В. П. Кохановского выделение субстанциального свойства также стоит последним завершающим этапом. Этот вариант нам кажется наиболее верным и вот почему.
Из описания механизма действия всесторонности в познании у Кумпфа Ф., Оруджева 3. М., приведенного выше, следует, что авторы очень строго делят всесторонность познания на два аспекта – эмпирический и теоретический. Судя по тексту, это деление основано на выделении в познании эмпирического и теоретического уровней. Между тем, такое строгое разделение наталкивает на отождествление эмпирического уровня с чувственным познанием, а теоретического — с рациональным, что все же разные вещи. Познание есть единство мыслительной и практической деятельности и невозможна чистая реализация эмпирического аспекта без теоретического познания и наоборот. Преобладание на различных этапах может быть, но не жесткое разделение. Об этом красиво высказался А. И. Герцен, проводя аналогию с известным физическим опытом. Истинное познание — это единство опыта и умозрения, которые он сравнивал с двумя магдебургскими полушариями, «которые ищут друг друга и которых, после встречи, лошадьми не разорвешь»{13}.

Суждение о том, что по итогам эмпирического рассмотрения объекта мы можем сделать вывод о субстанциальном свойстве выглядит не имеющим достаточного основания. Более того, сами авторы в дальнейшем это подтверждают, указывая, что «переходом от эмпирического уровня к теоретическому является выделение субстанциального свойства в качестве определяющей стороны. Правда, свойство здесь не выступает в качестве сущности предмета, которая сама состоит из сторон, а продолжает отождествляться со стороной предмета»{14}. То есть, все же, здесь субстанциальное свойство не сущность, нет еще знания о сущности объекта. В этом плане, авторы указывают, скорее, что итогом эмпирического аспекта в их понимании является обоснованное предположение о субстанциальном свойстве. Причем не одно предположение, а несколько о разных свойствах, так как свойство на этом этапе у них отождествляется со стороной, а сторон у любого объекта несколько.

И можно было бы с этим согласиться, но эмпирический аспект авторы называют «полнотой» {15}.
Понятие«полнота рассмотрения», идущее в уголовном процессе в единой связке со всесторонностью и объективностью не определяется и практически не упоминается в философских источниках. Вполне вероятно потому, что полнота, даже если её чисто лексически определить как «наличие чего-нибудь в достаточной степени, высшая степень насыщенности чем-нибудь» {16}, очевидно является частью всестороннего рассмотрения. Полнота связана с достаточностью для принятия решения в той или иной сфере. В нашем случае – для вывода о субстанциальном свойстве, о главном и сущностном. Но выше мы описали, что по итогам эмпирического аспекта, как его понимают Кумпф Ф., Оруджев 3. М. не может появиться знания о сущности объекта. Значит и такое понимание полноты неприемлемо.

Если мы связываем полноту с достаточностью для вывода о субстанциальном свойстве, то окончательно о полноте мы можем говорить относительно выводов об объекте только после того, как есть возможность сделать вывод о его сущности, субстанциальном свойстве. Это то, что в логике называется законом достаточного основания, обозначенном в современном его виде Г. В. Лейбницом{17}. Или просто законом основания, так как если чего-то недостаточно, как писал Гегель, то оно и не основание{18}. И, собственно, полнота есть реализация закона достаточного основания {19}. Основанием для вывода о субстанциальном свойстве будет система подтвержденных фактических данных. В составе достаточного основания могут быть аксиомы, определения, удостоверенные суждения непосредственного восприятия и выводные суждения, уже обоснованные посредством доказательств. Система данных элементов, если из нее с необходимостью вытекает тот или иной вывод и есть полнота.

Из всех элементов известной триады не охарактеризованным, так сказать в «чистом виде» остался только один – объективность рассмотрения. Рассматривая указанные элементы именно в такой последовательности – всесторонность, полнота, объективность, мы придерживались традиции уголовно-процессуальной науки. Придерживаясь же философской традиции в этом плане, с рассмотрения объективности следовало бы начать.
В общем-то, здесь, чтобы показать истоки традиции, достаточно будет указать, что В. И. Ленин ставил принцип объективности на первое место среди принципов диалектической логики{20}, по сути, указывая, что «этот принцип должен быть определяющим по отношению ко всем другим его принципам, ибо он в снятом виде содержит их в своем содержании»{21}. В большинстве источников, в том числе и в тех, что нами уже включались в работу, объективность рассмотрения идет в качестве принципа диалектики на первом месте, а сразу за ней, как правило – всесторонность рассмотрения, также как и у В.И.Ленина в Философских тетрадях.

Но для начала перейдем к содержанию объективности рассмотрения, которое в силу известных причин было выработано в большей части советскими философами, но своей актуальности, как нам кажется, не утратило до сих пор.
В обычном философском контексте, объективность — независимость суждений, мнений, представлений и т.п. от субъекта, (противоположность — субъективность). Объективность означает способность непредвзято и без предрассудков вникать в содержание дела, представлять объект так, как он существует сам по себе, независимо от субъекта, предполагает освобождение от «наблюдателя», выносящего суждение о мире и всегда исходящего из определенной точки зрения. При этом считается, что абсолютная объективность недостижима ни в одной области, включая научное познание. Тем не менее, идеал объективного знания — одна из наиболее фундаментальных ценностей науки{22}. Обращаем внимание, что здесь речь идет об объективности исследователя, что не то же самое, что объективность исследования.
В диалектике на сегодняшний день устоялось чуть более специальное по отношению к предыдущему понимание объективности. Суть этого требования А. М. Минасян описывает так: «для адекватного отражения вещи в себе в нашей голове, прежде всего, нужно сосредоточить мышление на самой этой вещи (объекте познания), не отходить от нее, а проникать во всю ее внутреннюю жизнь, «просвечивать» ее внутреннюю природу, познать ее так, как она есть, независимо от сознания, в действительности, без посторонних прибавлений или убавлений, без привнесения субъектом познания в вещь того, что не принадлежит имманентно ей… не подменять эту вещь другой, не привносить в нее нечто постороннее, не принадлежащее самой этой вещи»{23}.

У В. П. Кохановского объективность (кстати, тоже идущая первой в списке принципов диалектического метода) — философский, диалектический принцип, основанный на признании действительности в ее реальных закономерностях и всеобщих формах. Основное содержание данного принципа он представляет в виде таких требований как требование исходить из чувственно-предметной деятельности (практики) во всем ее объеме и развитии; осознать и реализовать активную роль субъекта познания и действия; умело выбрать адекватную данному предмету систему методов и сознательно, последовательно реализовывать ее; подходить ко всем процессам и явлениям конструктивно-критически и действовать в соответствии с логикой данного предмета и др{24}.

Обратим внимание здесь вот на что. Объективность понимается не только как необходимости исходить только из объекта при его исследовании, но и как признания объективных законов действительности и необходимости из них исходить, их применять при работе с объектами.
В этом смысле можно говорить, что речь идет о двух разных понятиях, скрывающихся за термином «объективность». В случае, когда говорится о требовании исходить только из объекта при работе с ним, не привносить в исследование ничего, что не вытекает из объекта и т.п. речь идет об объективности исследователя. А если быть точнее, по сути,о его беспристрастности.

Когда же ведется речь о выборе адекватном данному предмету системы методов и реализации ее, о соблюдении в познании законов формальной и диалектической логик и т.п. – речь об объективности исследования. И если за первым из приведенных нами понятий трудно заметить прямую связь со всесторонностью, то второе понятие объективности как раз a priori эту связь в себе содержит, так как реализация законов формальной и диалектической логик это прежде всего – всестороннее познание объекта. Всесторонность задается объективностью в этом смысле и, скорее всего, именно поэтому объективность и всесторонность заняли первые места в системе принципов диалектики и В. И. Ленина. Если же понимать объективность в смысле беспристрастности, то мы всегда можем представить себе очень беспристрастного исследователя, который не имеет никакого понятия о законах познания. Будет ли его исследование объективным и всесторонним? Очевидно, нет.

Собственно при объективном исследовании и не возникнет нужды говорить отдельно об объективном исследователе, так как соблюдение гносеологических положений и законов формальной логики однозначно приведет к тому, что субъект будет исходить из закономерностей познаний конкретного объекта и ничего произвольного перенести на работу с ним не сможет.
Итогом объективного и всестороннего познания должно стать знание, которое способно в рамках установленных границ объяснить любой факт, любое явление без исключения. Если этого не происходит, то о всесторонности познания говорить не приходится.

Думаю, здесь надо также оговориться, что всесторонность рассмотрения, будучи характеристикой акта познавательной деятельности, работает в рамках цели с разными объектами, в разной последовательности. На примере доказывания в уголовном процессе мы можем показать это так. Знание об обстоятельствах подлежащих доказыванию получается по итогам всестороннего рассмотрения всей совокупности доказательств. Но и каждое доказательство нуждается во всестороннем рассмотрении, в том числе в связке с другими доказательствами. А у доказательства есть источник или носитель, и они тоже нуждаются во всестороннем рассмотрении, по итогам которого делается вывод о его доброкачественности. Таким образом, всесторонность касается как максимально идеальных объектов, так и их частей, сторон. Только в рамках общего объекта сторона идет как часть целого, а в рамках исследования стороны она сама есть объект рассмотрения.

Итак, отмечаем, что объективность и всесторонность являются основным принципом диалектического метода познания. Суть его в самом общем виде можно свести к требованию целостного, многоаспектного рассмотрения предмета в обозначенных рамках в соответствии с целью субъекта, при реализации которого должны быть выявлены все возможные свойства, стороны, отношения, которые в итоге всестороннего познания становятся единым, органическим целым.

Причина, по которой объективность и всесторонность идут в единстве вкратце была обозначена выше. Во-первых, оба этих требования ведущие среди принципов диалектической логики, пронизывают все остальные принципы, являются их основой, являются общим принципом диалектической логики{25}. Во-вторых, необходимыми условиями реального существования вещи являются ее многообразные связи с другими вещами, определенная система ее отношений с ними. Из этого следует, что вещь, взятая в себе, должна рассматриваться не изолированно от необходимых условий ее существования, а в ее связях и отношениях{26}, то есть всесторонне. Иными словами, если мы подходим к исследованию объективно, соблюдаем все гносеологические законы, то исследовать мы может только всесторонне. И наоборот. При всестороннем исследовании мы обязаны соблюдать законы познания, дабы исследование носило объективный характер, и было способно получить знание в итоге. Единство всесторонности и объективности представляет собой органическое, диалектическое единство. При этом не забываем и про полноту, которую считаем одним из аспектов всесторонности.

Как же все вышесказанное работает при доказывании по конкретному уголовному делу?
Итак, субъект доказывания (дознаватель, следователь, суд) работает со следами. Установление обстоятельств подлежащих доказыванию есть цель уголовного процесса, которая помогает определить границы исследования и организует всю деятельность по расследованию преступления.
Всесторонность исследования в рамках, заданных целью исследования, касается характеристики работы с объектами доказывания — реальными (следы преступления, имеющие внешнее выражение) и идеальными (факты, устанавливаемые следователем на основе изучения следов). Значит с ними надо работать всесторонне и полно. То есть следователь, держа в голове цель установления обстоятельств и наполнив ее предварительным уголовно-правовым содержанием, исходя из нее, определяет границы, в рамках которых будут исследоваться следы преступления. Связь между следами служит основанием для решения вопроса об относимости информации. После того как информация, снятая с части следов будет введена в работу, субъект объективно строит на их основании максимально возможное количество версий относительно обстоятельств подлежащих доказыванию (общие версии) или отдельного фактического данного (частные версии). В случае с построением общей версии, можно сказать, что речь по сути идет о целеполагании, так как общая версия это то, что позволяет провести предварительную квалификацию, то есть конкретизировать обстоятельства подлежащие доказыванию. Можно предположить здесь, что построение общей версии находится за пределами доказывания, в рамках конкретизации цели. В то же время частные версии – часть процесса доказывания и их построение происходит в ее рамках.

И частная и общая версии будут играть роль предположения о субстанциальном свойстве совокупности информации, положенной в основу той или иной версии, которая возможно определит ее сущность. То есть в итоге достоверной окажется только одна общая или частная версия, например. Субъект пытается дать объяснение полученной информации. Ему не хватает данных для получения знания, но хватает данных для того, чтобы на данный момент обоснованно предполагать. Обоснованно предполагать, это значит иметь объективные основания для предположения. Версия, в свою очередь, не должна быть произвольной, типичной и т.п. Она должна иметь под собой объективное основание.

Именно, исходя из выдвинутых версий, продолжается дальнейшее изучение следов и если версия была выдвинута неправильная, не объясняющая собранный эмпирический материал – нужно вернуться на этап ниже, вновь конкретизировать цель. И так до тех пор, пока проверка выдвинутой версии не позволит сделать окончательны вывод об обстоятельствах подлежащих доказыванию, если речь идет об общих версиях или о иных фактических данных касательно частных версий.
Тут важно заметить, что объективность и всесторонность должна проникать абсолютно во все мыслительные процессы, связанные с расследованием преступления. Мы уже писали выше, что всесторонность может быть связана с одним доказательством. Например, когда нам нужно выяснить доброкачественность источника доказательств, то есть нужно проверить, может ли он воспринимать, запоминать и воспроизводить информацию. Здесь также идет доказательственный процесс, здесь свои следы и могут строиться версии относительно только достоверности того или иного доказательства (достоверность может быть завязана также на целый ряд фактических данных). Всесторонность касается отдельного факта, который основан на информации с нескольких следов, напрямую не устанавливает обстоятельство подлежащее доказыванию, но помогает его установить в системе других фактов. И, конечно же, всесторонность исследования касается познания всей совокупности фактических данных имеющейся на данный конкретный момент.

Итог всестороннего рассмотрения – знание об обстоятельствах, подлежащих доказыванию, в основании которого лежит система доказательств и каждому есть свое место в системе.
Вся собранная информация и фактические данные, полученные на ее основе, которая позволяет сначала строить версии, а потом получить итоговое знание относится к аспекту полноты. То есть полнота исследования есть требование основывать вывод о субстанциальном свойстве совокупности информации на достаточном количестве данных. Или, говоря процессуальным языком, полнота есть требование зафиксировать всю информацию, имеющую отношение к обстоятельствам, которые нужно установить и иметь достаточное основание для итогового вывода об обстоятельствах подлежащих доказыванию или о каком-либо фактическом данном – в зависимости от того, на каком уровне реализуется всесторонность.

То есть можно говорить об объективности и всесторонности исследования как отдельного доказательства, фактического данного, так и их совокупности в целях установления обстоятельств подлежащих доказыванию. Сама же объективность и всесторонность есть такое требование к исследованию, которое заставляет субъекта доказывания на основе законов диалектической и формальной логики 1) обнаружить и зафиксировать всю информацию, которая может стать доказательством по уголовному делу, может являться относимой; 2) выдвинуть все возможные объективные версии, объясняющие связи между информацией, снятой со следов{27} и 3) на основании них исследовать обнаруженную информацию (или доказательства) во всех связях и отношениях друг с другом. Связи эти, в свою очередь должны также иметь объективную основу. То есть все те связи, что нам важны (а нам важны любые связи, если информация относима) должны быть порождением объективной действительности, исходить из свойств полученной информации, а не из головы субъекта.
Еще раз хотим заметить, что разграничение в познании всесторонности полноты и объективность в реальности практически невозможно. Так же как по отдельности невозможно, например, зафиксировать и описать собирание, проверку и оценку доказательств.

В представленном тексте сделана попытка дать гносеологическое толкование всесторонности, полноты и объективности, чтобы вскрыть их истинный смысл, так как термины эти давно стали «формульными» и того, что они в себе несут современные правоприменители и ученые, как правило, не удерживают. Однако мы увидели, что при толковании рассматриваемых понятий с точки зрения гносеологии открывается серьезный потенциал относительно организации познавательной деятельности в рамках предварительного следствия и в суде.

_________________________________________________________________________________

1.Согласно проведенного нами анкетирования 89 судей, следователей, дознавателей, прокуроров и адвокатов, большинство (72%) руководствуются в своей работе данным требованием, 24% стараются руководствоваться, 4 процента не руководствуются. Причем последние 4% это адвокаты, что вполне объяснимо. В качестве причины руководства требованием всесторонности полноты и объективности большинство называет (возможны были два и более вариантов ответа) то, что это требование закона (51%) и указывает, что без реализации данного требования невозможно установить все обстоятельства, подлежащие доказыванию (54%). Анкетирование проводилось с апреля по июнь 2011 года. Примерно такие же результаты ранее, в 2005 году были получены Л.В. Поповой. См. подробнее Попова Л. В. Актуальные вопросы обеспечения всесторонности при расследовании преступлений: Автореф. дисс. к. ю. н., Калининград, 2005.

2. Барабаш А. С. Публичное начало российского уголовного процесса: дисс. … д-ра юрид. наук, Красноярск, 2006. — С. 104

3.Ахмадуллин А.С. Проблемы обеспечения всесторонности, полноты и объективности предварительного расследования в свете УПК РФ: дисс. к. ю. н.., Москва, 2005, С.38

4.Печников А.Г. Диалектические проблемы истины в уголовном процессе: диссертация… д. ю. н., Волгоград, 2005 С. 17

5.См., например, Стойко Н. Г. Уголовный процесс западных государств и России: сравнительное теоретико-правовое исследование англо-американской и Романо-германской правовых систем. СПб.: Изд. СПбГУ, 2006. С.113; Бурданова В. С. Поиски истины в уголовном процессе. СПб., 2003. С.26 и др.

6.Философия для аспирантов: Учебное пособие/ отв. ред. В. П. Кохановский, Ростов н/Д: Феникс, 2003. – С.314
7, 8 Шептулин А. П. Диалектический метод познания. — М.: Политиздат, 1983 С. 83, с.110

9.Философия для аспирантов: Учебное пособие/ отв. ред. В. П. Кохановский, Ростов-на-Дону: Феникс, 2003. – С.314

10, 11. Кумпф Ф., Оруджев 3. М. «Диалектическая логика. Основные принципы и проблемы». М., 1979. С.122; 118-119.

12.Причем не просто требованием, а таким, которое при его выполнении гарантирует реализацию целей деятельности. См. подробнее: Полянский Н.Н. Вопросы теории советского уголовного процесса / Под ред. Д.С. Карасева. М.: Изд-во МГУ, 1956. С. 83; См. также: Проблемы общей теории социалистического государственного управления / А. В. Оболонский, Б. П. Курашвили. М.: Наука, 1981. С. 79-80; Келина С.Г., Кудрявцев В.Н. Принципы советского уголовного права. М.: Наука, 1988. С. 21; Бабаев В.К. Принципы права // Общая теория государства и права. Н. Новгород, 1999. С. 223; Барабаш А. С. Публичное начало российского уголовного процесса: дисс. … д-ра юрид. наук, Красноярск, 2006. — С. 49-50.

13. Герцен А. И. Сочинения в 2х томах, Т.1, М.: Мысль, 1985 год, С.226

14, 15. Кумпф Ф., Оруджев 3. М. указ.соч. С.119; 122.

16.Ожегов С. И., Шведова Н. Ю. Толковый словарь русского языка. М.: Азбуковник, 1997 г., С.554

17.Лейбниц Г. В. Сочинения в четырех томах: Т. 3. М.: Мысль, 1982 г., С.139-141

18.См.подробнее Гегель Г. В. Ф. Сочинения. Т.1 М., 1929 г., С.210

19. Именно через закон достаточного основания прослеживается связь между формальной и диалектической логикой. См.подробнее И. И. Ставинский Формальная и Диалектическая Логика как Единство Противоположностей или Развитие Классической Философии

20.Ленин В.И. Философские тетради. – Полн. собр. соч., т. 29, с. 202-203.

21.Шептулин А. П. указ. соч. С.97

22.Философия: Энциклопедический словарь/Под ред. А. А. Ивина. — М.: Гардарики. 2004

23.Минасян А. М. Диалектика как логика: Учебник по философии, Ростов –на –Дону, 1991. С.50

24.Философия для аспирантов: Учебное пособие/ отв. ред. В. П. Кохановский, Ростов н/Д: Феникс, 2003. С.313

25.Кумпф Ф., Оруджев 3. М. указ.соч., С.279

26.Шептулин А. П. указ. соч. С.109-110

27.При этом ранее мы делали указание на то, что скорее всего, выдвижение версий находится на этапе целеполагания и находится за рамками всесторонности. Тем не менее, пока этот момент окончательно не исследован, мы оставляем выдвижение версий в механизме всестороннего и объективного познания.
Обновить список комментариев

Комментарии (16)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
  • Александр Александрович, огромное спасибо за этот материал накануне экзамена у 3 курса.

    Как Вы смотрите на такое разграничение понятий всесторонности и полноты? Всесторонность есть, своего рода, количественная характеристика (субъект доказывания обязан изучить все стороны, грани того или иного объекта, явления), — а сделать это он в рамках своего исследования может полно либо неполно. Т.е. здесь речь уже можно вести о некой качественной характеристике.

    • Евгений, к экзамену Вам это учитывать не рекомендую, остановитесь на более приближенном к курсу материале:)

      Если уж разделять по количеству/качеству, то скорее наоборот. Полнота дает основание говорить о всесторонности. Но тут, понимаете, штука в диалектическом единстве этих двух понятий. Это значит, что закон перехода количественного в качественное может работать как в том, так и в другом направлении.
      Многоаспектность, которую требует всесторонность достигается только тогда, когда есть полнота. Полнота же есть реализация закона достаточного основания. Мы двигаемся в исследовании дальше только тогда, когда у нас есть для продвижения достаточные основания. Мы применяем объективные законы познания только тогда, когда для этого есть основания, в них полнота. Всесторонность требование выделить и рассмотреть все связи и отношения, полнота — требование основывать это выделение и дальнейшие выводы на достаточных основаниях.

      А вообще, мне даже кажется, что понятие всесторонности не имеет своего места. Достаточно говорить только об объективности в том понимании, что выведено в статье.

      Как-то так. Все непросто и надо обсуждать. За комментарий — спасибо!

      • Как же сложно это всё. И вот она актуализация философии.

          • Максим № 147645
          • 20 июня 2011, 00:00
          • +1
          Во-первых, спасибо автору за интересную статью.

          Во-вторых, позволю себе несколько замечаний.

          Соглашаясь с особой ролью всесторонности, полноты и объективности в уголовном процессе, считаем необходимым рассмотреть это положение с точки зрения философских основ, чтобы понять их сущность и потенциал для уголовного процесса. (А.Брестер)

          Может быть, следует сначала сказать о «всесторонности, полноты и объективности» (далее – ВПО) в философии (в теории познания), прежде чем делать в самом начале статьи утверждение о том, что ВПО – это «наше всё», играющее «ведущую роль в организации уголовно-процессуальной деятельности»? Потому что Вы сразу вводите тезис №1 (о «ведущей роли ВПО»), который кроме как утверждениями иных авторов ничем не доказываете, а затем рассматриваете каждый элемент триады ВПО уже в контексте тезиса №1. Т.е. у Вас тезис №1 уже изначально задаёт правила для отбора и интерпретации положений философии о ВПО (раз «ВПО – это наше всё», то, следовательно, дальше может следовать только материал, укладывающийся в этот тезис. Ибо если в философии ВПО отрицаются или понимаются так, что не могут быть применимы в УСП, то и провозглашённый тезис №1 оказывается «пустым»: в нём утверждается о ценности либо положений непригодных, либо непереносимых из сферы философии в сферу УСП. Но тезис №1 Вы уже провозгласили со всей несомненностью и, следовательно, будете им «связаны»). Как мне видится, положение о ведущей роли ВПО в УСП было бы лучше сформулировать в начале статьи в виде вопроса, гипотезы, предположения, а затем демонстрировать и доказывать, что 1) в философии ВПО разработаны так-то и так-то, 2)философские представления о ВПО действительно можно (или нельзя) применять в УСП, 3) ВПО следует ценностно окрашивать именно как «наше всё».

          Если мы связываем полноту с достаточностью для вывода о субстанциальном свойстве, то окончательно о полноте мы можем говорить относительно выводов об объекте только после того, как есть возможность сделать вывод о его сущности, субстанциальном свойстве. <…> И, собственно, полнота есть реализация закона достаточного основания {19}. Основанием для вывода о субстанциальном свойстве будет система подтвержденных фактических данных. (А.Брестер)

          Возникает несколько вопросов:
          1. Когда Вы говорите о «подтверждённых фактических данных», что Вы под ними понимаете? И какова процедура их «подтверждения» (иными словами, процедура установления их «подлинности»)?
          2. Как определить достаточность доказательств (оснований) для обвинительного приговора в УСП?

          объективность — независимость суждений, мнений, представлений и т.п. от субъекта, (противоположность — субъективность). Объективность означает способность непредвзято и без предрассудков вникать в содержание дела, представлять объект так, как он существует сам по себе, независимо от субъекта, предполагает освобождение от «наблюдателя», выносящего суждение о мире и всегда исходящего из определенной точки зрения. (А.Брестер)

          В своей статье Вы, взяв, насколько это можно судить по источникам (книга «Диалектическая логика. Основные принципы и проблемы» выпущена в 1979 г., работы В.И.Ленина, учебники и учебные пособия по философии) на вооружение положения диамата, игнорируете наработки науки и философии XX века, которые находятся в противоречии с Вашим тезисом про объективность.

          В частности, в ХХ веке доказано, что «на результаты научной деятельности влияет историческая эпоха, специфика культуры среды обитания ученого, научная политика государства, биографические особенности ученого, его ближайшее окружение (малая группа) и другие социокультурные и психологические факторы» (Цит. по: Честнов И.Л. «Методология и методика юридического исследования».Спб., 2004). На судью, прокурора, следователя, дознавателя точно так же (а если говорить о влиянии среды, задающей «параметры» их работы, то и в более жёсткой форме, чем на учёного) воздействуют указанные факторы, а значит объективность как «независимость суждений, мнений, представлений и т.п. от субъекта» исключается.

          Иными словами, «то, что познание (как процесс, так и результат) зависит от социокультурных и исторических, а также психологических факторов, считается доказанным в социологии знания и социальной психологии науки (и когнитивной психологии)»; «в социальной психологии доказано, что классовая принадлежность во многом обусловливает специфику восприятия любого социального явления»; «даже статистика, казалось бы, неангажированная наука, оперирующая «объективными» данными, является «ставкой в борьбе за символическое доминирование». Выбор объекта социологического исследования, способ классификации явлений внешнего мира и их номинации всегда избирательны и зависят от позиции субъекта в поле символического капитала»; «любое описание (и объяснение, а также интерпретация) всегда неполно и избирательно» (Цит. по: Честнов И.Л. «Методология и методика юридического исследования».Спб., 2004).

          Но можем ли мы при таких положениях (причём, это не голословные утверждения И.Л.Честнова, к каждому из них он приводит источники) говорить об объективности вообще и о Вашем её представлении в частности?
          ========================
          С уважением, М.Н.

            • Максим, Вам спасибо за развернутый комментарий, очень приятно!

              1.В первую очередь обращу внимание на жанровую составляющую. перед Вами — статья, а это значит, что развернутая аргументация всех тезисов здесь будет лишней. Обратите внимание, что я делаю — я задаю исходный тезис, показываю, что не я один его берут за основание рассуждений и далее на нем основываюсь. Для этой статьи тезис о ведущей роди ВПО — предельное основание. Я указал, что исхожу из него, и это значит, что читающий должен помнить об этом при понимании рассуждений. Если же есть несогласие с исходным тезисом — это ситуация спора за рамками статьи. В диссертации я, конечно же, обоснование ведущей роли ВПО представляю развернуто.

              философские представления о ВПО действительно можно (или нельзя) применять в УСП,
              Об этом как раз большая часть статьи, но не в контексте ведущей роли ВПО, а в контексте механизма ВПО.

              2. К
              огда Вы говорите о «подтверждённых фактических данных», что Вы под ними понимаете? И какова процедура их «подтверждения» (иными словами, процедура установления их «подлинности»)?

              Тут слово «подтвержденные» и вправду лишнее, так как если что-то есть фактическое данное, то оно подтверждено.

              Про подлинность и подтверждение я написал сразу же, в следующем предложении (в общем контексте, а не только УП):
              «В составе достаточного основания могут быть аксиомы, определения, удостоверенные суждения непосредственного восприятия и выводные суждения, уже обоснованные посредством доказательств. Система данных элементов, если из нее с необходимостью вытекает тот или иной вывод и есть полнота.»

              Как определить достаточность доказательств (оснований) для обвинительного приговора в УСП?

              Каждый обвинительный приговор уникален и его вынесению предшествует установление обстоятельств, подлежащих доказыванию. Выводы о них должны быть обоснованы, иметь достаточные основания. Их достаточно, когда без объективно возникающих сомнений и противоречий с необходимостью можно сделать соответствующий вывод (это упрощенное объяснение через сомнения и т.п.).

              3.Максим, Вы зря приписали мне цитату об объективности. Это цитата не моя, а из банальной философской энциклопедии. Более того, я его критикую вместе с иными подобными определениями и развожу объективность исследователя в смысле беспристрастности (а не в смысле идеальной объективности) и объективности исследования.

              • Максим № 147645
              • 20 июня 2011, 13:14
              • +1
              Про жанровую составляющую в курсе) Как излагать материал — это дело вкуса. Я лишь изложил своё видение.

              Про подлинность и подтверждение я написал сразу же, в следующем предложении (в общем контексте, а не только УП):
              «В составе достаточного основания могут быть аксиомы, определения, удостоверенные суждения непосредственного восприятия и выводные суждения, уже обоснованные посредством доказательств. Система данных элементов, если из нее с необходимостью вытекает тот или иной вывод и есть полнота.»


              Я спрашивал несколько о другом. Да, основание для вывода состоит из нескольких компонент (аксиомы и др.).Но как определить «подлинность» конкретного фактического данного, входящего в это основание и удостоверенного доказательством? Иначе говоря, что понимать под «истинностью» фактического данного (и как её устанавливать), его «пригодностью» для вхождения в число компонент достаточного основания?

              Их достаточно, когда без объективно возникающих сомнений и противоречий с необходимостью можно сделать соответствующий вывод (это упрощенное объяснение через сомнения и т.п.).

              Таким образом, в соответствии с позицией beyond reasonable doubts (вне разумных сомнений), достаточность/недостаточность доказательств определяется по внутреннему убеждению судьи, да?

              Вы зря приписали мне цитату об объективности.
              Возможно, действительно следовало процитировать именно Ваш текст про беспристрастность и объективность исследования. Однако это не поздно сделать и сейчас, несколько развернув мой ранее изложенный коммент по поводу объективности.

              В случае, когда говорится о требовании исходить только из объекта при работе с ним, не привносить в исследование ничего, что не вытекает из объекта и т.п. речь идет об объективности исследователя. А если быть точнее, по сути, о его беспристрастности.

              Александр, давайте вспомним такую вещь, как разделение в науке объекта и предмета. Процитирую И.Л.Честнова:
              «предмет науки следует рассматривать как рефлексивное отношение субъекта и объекта, включенное в процесс интерсубъективной коммуникации. Предмет науки, следовательно, это не сама по себе объективная реальность (в таком случае предмет науки не отличим от объекта) и даже не ее рефлексивный образ, а гносеологическое отношение познания (восприятия, описания, объяснения, интерпретации и, насколько это возможно, предсказание) субъектом выделяемой из объекта его определенной части (стороны, аспекта) с последующей практической деятельностью по его использованию. Это свидетельствует о том, что предмет науки вообще и юриспруденции в частности определяется как объектом (в нашем случае — спецификой правовой реальности), так и субъектом (факторами, с субъектом связанными)» (подчёркивание моё — М.Н.).

              Если перенести процитированное в поле обсуждаемой проблемы про беспристрастность исследователя (а причин, почему этого сделать нельзя я не вижу. Если я ошибаюсь и на Ваш взгляд переносить нельзя — то почему?), то когда субъект работает с каким-то познавательным объектом, он его не познаёт «в чистом виде», он «привносит в него своё», занимаясь интерпретацией имеющейся информации (т.е. «конструирует» из объекта предмет). Вы же, взяв курс на логику и чистую рациональность, «потеряли» субъекта, а значит — психолого-процессуальный аспект, «человеческое измерение» УСП, сведя субъекта к логической машине.

              Когда же ведется речь о выборе адекватном данному предмету системы методов и реализации ее, о соблюдении в познании законов формальной и диалектической логик и т.п. – речь об объективности исследования.

              Т.е., если говорить короче и проще, речь идёт о том, что методологическая «оснастка» обеспечивает объективность исследования, так?

              В дальнейших рассуждениях остановлюсь до получения ответов на поставленные вопросы))
              =====================
              С уважением, М.Н.

              • Спасибо за вопросы и комментарий!

                Таким образом, в соответствии с позицией beyond reasonable doubts (вне разумных сомнений), достаточность/недостаточность доказательств определяется по внутреннему убеждению судьи, да?

                Достаточным будет такая совокупность доказательств, которая с достоверностью подтверждает тот или иной вывод. Если внутреннее убеждение судьи основано на применении законов формальной и диалектической логики при обязательном непосредственном исследовании, то да, конечно. Иначе не может быть.

                он его не познаёт «в чистом виде», он «привносит в него своё», занимаясь интерпретацией имеющейся информации
                Опять же, если эта «интерпритация» взята не из обыденной жизни, а из правильно организованного логического мышления, то да.

                Вы же, взяв курс на логику и чистую рациональность, «потеряли» субъекта, а значит — психолого-процессуальный аспект, «человеческое измерение» УСП, сведя субъекта к логической машине.

                Ага, Вы правы. Психологический аспект я исключаю. При этом прекрасно понимаю, что таких следователей/судей/прокуроров не бывает. Я рассматриваю идеально организованное мышление, то есть без психологического воздействия. И считаю, что так и надо делать. Уголовный процесс это и есть система защиты от вмешательства психологических и иных аспектов. Все могу ошибаться, вмешивать психологию, заинтересованность и т.п. Именно поэтому уголовный процесс не заканчивается 10 днями и вынесением приговора, хотя по большей части приговор можно прогнозировать уже после возбуждения дела. Прокурор, защитник, судебное разбирательство, бремя доказывания и т.п. — это и есть гарантии от пристратсности и психологизмов.

                Так чего ж я его буду учитывать этот аспект, если он в конце должен быть сведен к минимуму засчет множества участвующих лиц и гарантий?

                Примерно так:)

                Т.е., если говорить короче и проще, речь идёт о том, что методологическая «оснастка» обеспечивает объективность исследования, так?

                Немного не так. «Методологическая оснастка» не обеспечивает объективность исследования, а ей является.

                  • Максим № 147645
                  • 20 июня 2011, 14:14
                  • +1
                  Если внутреннее убеждение судьи основано на применении законов формальной и диалектической логики при обязательном непосредственном исследовании, то да, конечно. Иначе не может быть.
                  Таким образом, у нас появляется субъективный компонент — внутреннее убеждение субъекта. И на основании этого внутреннего убеждения выносится решение. Но как убедительно доказали представители школы американского правового реализма, на принятие судебного решения оказывают огромное влияние политика, экономика, биографические особенности судьи, его личностные пристрастия и другие обстоятельства «человеческого фактора». Поэтому никак от психологического фактора не отвертеться)) Его можно, конечно, игнорировать и пытаться строить «чистую» логическую теорию (подобно «чистой теории права» Г.Кельзена), но имеет ли смысл такая «сферическая модель в вакууме», оторванная от живых людей?

                  Так чего ж я его буду учитывать этот аспект, если он в конце должен быть сведен к минимуму засчет множества участвующих лиц и гарантий?
                  Дело в том, что Вы его никак не устраните и даже, боюсь, вряд ли минимизируете, ибо в процессе действуют живые люди, а не шахматные фигуры, не логический «механизм, артикулом предусмотренный».

                  «Методологическая оснастка» не обеспечивает объективность исследования, а ей является.
                  Хорошо, пусть Вы считаете так. В данном случае важны не тонкости формулировки, а суть. Но
                  «Методы, как и предмет науки, имеют сложную объект-субъектную структуру. Они объективны, так как обусловлены предметом и контекстом познания. Но в то же время в данном конкретном исследовании они выбираются конкретным субъектом (хотя выбор как таковой не является произвольным, но его результат, в свою очередь, не может быть заранее предопределен)». (Честнов И.Л. Там же)
                  Таким образом, у нас опять выпирает «человеческий фактор» со своими психологизмами и т.п.

                  Можно, конечно, по-прежнему основываться на классической теории познания, которая «исходит… из наивного реализма и не менее наивного репрезентатизма: веры в объективность существования внешнего мира, естественного порядка (предустановленной гармонии) в нем и возможности полного и точного его воспроизведения в сознании» (Честнов И.Л. Там же), но игнорировать наработки ХХ века в области познания, не отзываться на их критику в адрес «классики», отгораживаясь от них ответом «Я рассматриваю идеально организованное мышление» и ну вас на фиг с вашими психологизмами )))) и проч., ну, скажем так, не совсем верно.

                  если эта «интерпритация» взята не из обыденной жизни, а из правильно организованного логического мышления
                  На интерпретацию влияет много чего, помимо знания логики. И как бы мы ни хотели исключить психологизм — он, зараза, не исключается)))

                  p.s. Кстати, если не секрет, то как звучит тема Вашей диссертации?

                  ===========
                  С уважением, М.Н.

                  • как убедительно доказали представители школы американского правового реализма, на принятие судебного решения оказывают огромное влияние политика, экономика, биографические особенности судьи, его личностные пристрастия и другие обстоятельства «человеческого фактора».

                    Во-первых, не знаком, к сожалению, а во-вторых, убежден, что влиять это все не должно на судью.

                    Таким образом, у нас опять выпирает «человеческий фактор» со своими психологизмами и т.п.
                    Я не понял как у Вас получился такой вывод. Из приведенной Вами цитаты как раз и видно, что метод не может быть выбран произвольно, это не выбор субъекта в смысле «какой хочу, такой беру», это познанная необходимость.

                    веры в объективность существования внешнего мира, естественного порядка (предустановленной гармонии) в нем и возможности полного и точного его воспроизведения в сознании»

                    Я из этого не исхожу. Обратите внимание на плоскость из которой Вы цитируете, есть ощущение, что она немного иная, нежели контекст познавательной деятельности конкретного субъекта.

                    Дело в том, что Вы его никак не устраните и даже, боюсь, вряд ли минимизируете, ибо в процессе действуют живые люди, а не шахматные фигуры, не логический «механизм, артикулом предусмотренный».

                    В процессе действуют много живых людей с разными функциями и много гарантий. При образованности кадров весь психологизм минимизируется. Если исходить из Вашего тезиса, уголовный процесс с судом не нужен, достаточно следствия, так как все, что происходит в суде есть гарантия объективного рассмотрения дела.

                    Я как-то писал в топике о состязательности, что вижу крайней формой упадка науки ориентацию на пороки действительности. Если я буду ориентироваться на тех, кого вижу и с кем работаю сейчас в виде следователей, прокуроров, судей, то это и будет вакуум. Правда не сразу это обнаружится.
                    Действительность меняется (и очень быстро) и должно быть что-то универсальное, что можно брать за основу при изменении действительности. Над этим и работаю.

                    игнорировать наработки ХХ века в области познания, не отзываться на их критику в адрес «классики», отгораживаясь от них ответом «Я рассматриваю идеально организованное мышление» и ну вас на фиг с вашими психологизмами )))) и проч., ну, скажем так, не совсем верно.

                    Это верно в том смысле, что я указал основания. Наработок 20 века так много в области гносеологии, что если я то-то игнорирую, то и Вы тоже, так что это уже не рациональный аргумент с которым можно дискутировать.

                    А если Вы не исключаете психологический аспект при начальном понимании мышления и попытке его описать, то в рамках уголовного процесса Вы должны провести исследование, итогом которого должны стать выделенные психотипы следователя, прокурора, судьи. Исходя из этого Вы должны построить адекватную психотипам теорию познания, которая будет удобна и приемлема для них и в тоже время гарантировать защиту прав и интересов участников процесса. Далее, разрабатывая психотипы Вы придете к выводу, что по большей части большинство не может работать в правоохранительных органах и Вам надо будет или предлагать менять закон или предлагать заменить кадры.
                    Только боюсь, когда эта работа закончится, уже будет другая действительность.

                    p.s. Кстати, если не секрет, то как звучит тема Вашей диссертации?

                    Название рабочее, связанное с началом и методом уголовного процесса.

                      • Максим № 147645
                      • 20 июня 2011, 16:58
                      • 0
                      если я то-то игнорирую, то и Вы тоже
                      то в рамках уголовного процесса Вы должны провести исследование
                      Александр, дело в том, что по ВПО пишете работу Вы, а не я. И присоединяетесь к выводу о ведущей роли ВПО Вы, а не я. Я-то в данном случае выступаю как наблюдатель со стороны, пытающийся лишь показать штрихами «со своей колокольни», что не всё так линейно и рационально в УСП, как Вы изложили. Задачи приводить здесь аргументацию-«тяжёлую артиллерию» монографического междисциплинарного уровня у меня нет. Я лишь говорю, что надо бы иметь ввиду изменения в гносеологии и точечно указываю на них. Копать или не копать в этом направлении — решать уже Вам. Вы, видимо, выбираете не копать и находится в «классике», в то время как познавательные процессы уже оцениваются несколько по-другому. Это Ваш выбор, я его уважаю, но присоединится к нему не могу.

                      убеждён, что влиять это все не должно на судью
                      Александр, я лишь излагаю ситуацию. Будет ли она другой (со «сферическими судьями в вакууме»)? Не думаю. С чего бы ей быть другой? Она может нравиться или не нравиться, но она есть какая есть. Мне видится, что если ситуацию нельзя изменить, то её надо учитывать и работать с тем, с чем есть (сразу оговорюсь, что я не призываю, например, упрощать УПК по причине того, что некоторые не могут его применить). Вы же пишете, что
                      Если я буду ориентироваться на тех, кого вижу и с кем работаю сейчас в виде следователей, прокуроров, судей…
                      .
                      Как говорит один литератор, «У Господа нет для нас другого народа»)) Идеальных, с идеальным мышлением не завезли-с)) Как провокационно говорил замечательный А.М.Пятигорский, мыслить могут и умеют вообще где-то 2% населения. Что же их всех в участники уголовного процесса записывать?))

                      Из приведенной Вами цитаты как раз и видно, что метод не может быть выбран произвольно, это не выбор субъекта в смысле «какой хочу, такой беру», это познанная необходимость.
                      Конечно, выбор не произвольный, только он и не чисто логический. В этом выборе намешано много всего, причём пропорции смешения сугубо индивидуальны (если хотите — субъективны) у каждого применителя метода.

                      При образованности кадров весь психологизм минимизируется.
                      Интересное предположение. Но не думаю, что оно верно в полной мере (не исключено, что частично психологизм нивелируется образованием, но, скажем так, юридическое образование вовсе не убивает в судье психологического обывателя). Так, например, я думаю, Вы не будете отрицать, что судейский корпус США в общем и целом квалифицированней нашего. Но при этом Джером Фрэнк, будучи судьей вполне себе Апелляционного суда США (т.е. имеющий возможность наблюдать и анализировать всю эту «кухню» изнутри) писал, что как судья, так и присяжный, имеют относительно адвокатов, сторон и т.п. предвзятые мнения, зачастую бессознательные, не известные им самим, что сказывается и на оценке доказательств, и на принятии решений.

                      Если исходить из Вашего тезиса, уголовный процесс с судом не нужен, достаточно следствия, так как все, что происходит в суде есть гарантия объективного рассмотрения дела.
                      Хм, а можно продемонстрировать, из каких двух моих посылок Вы сделали такой вывод?

                      должно быть что-то универсальное, что можно брать за основу при изменении действительности. Над этим и работаю.
                      Если считать, что универсальность достижима… ;)

                      p.s. Вы так и не ответили на ещё один мой вопрос:
                      как определить «подлинность» конкретного фактического данного, входящего в это основание и удостоверенного доказательством? Иначе говоря, что понимать под «истинностью» фактического данного (и как её устанавливать), его «пригодностью» для вхождения в число компонент достаточного основания?
                      ==============
                      С уважением, М.Н.

                      • Я лишь говорю, что надо бы иметь ввиду изменения в гносеологии и точечно указываю на них. Копать или не копать в этом направлении — решать уже Вам. Вы, видимо, выбираете не копать и находится в «классике», в то время как познавательные процессы уже оцениваются несколько по-другому. Это Ваш выбор, я его уважаю, но присоединится к нему не могу.

                        Максим, если бы Вы еще указывали о чем Вы, было бы вообще замечательно:) Кто оценивает познавательные процессы по-другому? Как именно по-другому? Относительно чего по-другому? Мне бы тогда проще было воспринять. Теорий познания множество, толкований диалектики также, но никто ни в чем дальше 19 века не ушел, что признают, собственно, большинство в философии. Именно поэтому я не увлекаюсь тем, что на сегодня не устоялось и не имеет серьезной контраргументации. Те цитаты которые Вы приводили не новы, психологизм в познании и его учет — первые аргументы против диалектики и т.п. У Бердяева вообще жестко по этому поводу. Другое дело, что надо четко разделять контексты и уровни рассуждений.

                        Как говорит один литератор, «У Господа нет для нас другого народа»)) Идеальных, с идеальным мышлением не завезли-с)) Как провокационно говорил замечательный А.М.Пятигорский, мыслить могут и умеют вообще где-то 2% населения. Что же их всех в участники уголовного процесса записывать?))

                        Речь идет не об идеальном мышлении, а о нормальной думалке образованного человека. То, что я описал, например, выглядит сложно, но на самом деле образованный человек и не сможет по-другому мыслить. Мне показалось, что это требует научного описания, чтобы понять где скрыты проблемы в регулировании сегодня.

                        Конечно, выбор не произвольный, только он и не чисто логический. В этом выборе намешано много всего, причём пропорции смешения сугубо индивидуальны (если хотите — субъективны) у каждого применителя метода.

                        Тут Вы не поняли мою мысль. Я говорил о познанной необходимость, которая есть свобода.

                        Но при этом Джером Фрэнк, будучи судьей вполне себе Апелляционного суда США (т.е. имеющий возможность наблюдать и анализировать всю эту «кухню» изнутри) писал, что как судья, так и присяжный, имеют относительно адвокатов, сторон и т.п. предвзятые мнения, зачастую бессознательные, не известные им самим, что сказывается и на оценке доказательств, и на принятии решений.

                        И что с этим делать? Психоанализ судей и присяжных проводить перед заседаниями и т.п. Собственно, на этот момент я уже отвечал.

                        Хм, а можно продемонстрировать, из каких двух моих посылок Вы сделали такой вывод?

                        Посылка 1.«Дело в том, что Вы его никак не устраните и даже, боюсь, вряд ли минимизируете, ибо в процессе действуют живые люди, а не шахматные фигуры, не логический «механизм, артикулом предусмотренный». „

                        Посылка 2. “На интерпретацию влияет много чего, помимо знания логики. И как бы мы ни хотели исключить психологизм — он, зараза, не исключается)))»

                        Вывод: На принятие решения в уголовном процессе влияет множество факторов кроме логики и в частности психологический который никак не минимизировать.

                        интерпретация. Одно из назначений уголовного процесса — защита от произвола со стороны органов государства. Произвол может быть вызван как намеренными действиями, так и от непрофессионализма.

                        Уголовный процесс призван застраховать систему от ошибок, связанны с влиянием того, что влиять не должно. Центральное здесь — судебное разбирательство, где все собрались, чтобы выяснить, было преступление или нет. Если нет смысла минимизировать влияние психологических, личных и т.п. факторов — уголовный процесс бессмыслен. Достаточно быстрых процедур. Особенно в нашей стране.

                        Если считать, что универсальность достижима…
                        Смотря что понимать под универсальностью.

                        как определить «подлинность» конкретного фактического данного, входящего в это основание и удостоверенного доказательством? Иначе говоря, что понимать под «истинностью» фактического данного (и как её устанавливать), его «пригодностью» для вхождения в число компонент достаточного основания?

                        фактическое данное достоверно если в совокупности с другими информационными и логическими доказательствами с необходимостью позволяет сделать тот или иной вывод об искомом. Если не позволяет, возвращаемся на уровень ниже и проверяем связь на основе которой сделали вывод о фактическом данном.
                        Фактическое данное, факт не удостоверяется доказательством, а таковым является (логическое доказательство). Основано на связи между информацией, снятой со следов (информационное доказательство).

                          • Максим № 147645
                          • 20 июня 2011, 21:38
                          • 0
                          никто ни в чем дальше 19 века не ушел, что признают, собственно, большинство в философии.
                          Т.е. структурализм, поструктурализм, феноменология, герменевтика, синергетика, антропологическая программа и т.п. – это просто «игры ума»? Я не говорю о том, что всё это надо знать от и до, но, по-моему, нельзя не учитывать тот факт, что после Фейерабенда, Куна, Поппера и др. вопросы познания стоят несколько по-иному, чем в XIX веке и технологии получения знания, скажем так, несколько развились.
                          Кто оценивает познавательные процессы по-другому? Как именно по-другому? Относительно чего по-другому?
                          Частично ответил выше. Подробнее посмотрите, например, книги И.Л.Честнова («Методология и методика юридического исследования», «Правопонимание в эпоху постмодерна», коллективную монографию под его редакцией по социальной антропологии). Там Илья Львович излагает наработки философии ХХ века, которые, судя по публикациям в юр.прессе, прошли мимо отечественных авторов-«отраслевиков» (кроме, пожалуй, А.С.Александрова, К.И.Скловского и некоторых других). Потом можно по первоисточникам «прогуляться» (у Честнова ссылок хватает)))
                          Мне показалось, что это требует научного описания, чтобы понять где скрыты проблемы в регулировании сегодня.
                          Это действительно требует научного описания. Работы о логике доказывания в УСП сейчас безусловно необходимы. Думаю, что мне надо отдельно подчеркнуть, что я ведь не отрицаю логическую компоненту в процессе. Я лишь выступаю против её абсолютизации, т.к. при таком подходе «теряется» субъект и строится, возможно, красивая, интересная, изящная модель, правда, не имеющая никакого отношения к реальной действительности.
                          И что с этим делать? Психоанализ судей и присяжных проводить перед заседаниями и т.п.
                          А делать вот что: проводить исследования по судебной социологии и судебной психологии (которых сейчас негусто ввиду, в том числе, закрытости и молчаливости судейской корпорации), на основании этих данных 1) формировать судейский корпус (в ряде стран существуют очень интересные методики, которые и нам бы невредно перенять); 2) вести сторонам доказательственную деятельность.

                          Вот что ещё хотел сказать: в какую среду «окунается» процессуальный механизм – так он и работает. Процесс реализуют люди со своими слабостями, горестями и радостями, целями и интересами, со своим ментальным и культурным бэкграундом. Если этого не учитывать, то процессуальный механизм будет «проворачивать». Я сейчас читаю сборник материалов авторов-участников подготовки УПК РФ (2006 г.) и там видно, что были большие надежды на то, что вот изменим текст уголовно-процессуального закона, переориентируем его на «технологическую теорию» (Е.Б.Мизулина, возглавлявшая группу по подготовке УПК РФ как раз-таки и защищала диссертацию по такой теории процесса) и всё будет хорошо. Ну вот мы видим спустя 10 лет, что хорошо не стало.
                          фактическое данное достоверно если в совокупности с другими информационными и логическими доказательствами с необходимостью позволяет сделать тот или иной вывод об искомом.
                          Что Вы понимаете под «с необходимостью»? Когда говорим о вещах физических (скажем, энергия накапливается до определённого уровня и затем с необходимостью вызывает какое то «движение»), то здесь понятно. Но такой «инженерный» подход ведь неприемлим в гуманитаристике. А если мы говорим, что «с необходимостью» — это beyond reasonable doubt, то у нас опять появляется субъективный фактор: у одного это «с необходимостью» появляется раньше, у другого – позже.
                          Вывод: На принятие решения в уголовном процессе влияет множество факторов кроме логики и в частности психологический который никак не минимизировать.
                          Да, такой вывод следует из указанных Вами двух посылок, но из этого вывода (равно как и из этих посылок) не следует, что«Если нет смысла минимизировать влияние психологических, личных и т.п. факторов — уголовный процесс бессмыслен». Тем более о том, что «смысла минимизировать нет» я не говорил (по тексту это легко проверить). Говорим о другом: если
                          «Уголовный процесс призван застраховать систему от ошибок, связанны с влиянием того, что влиять не должно», то как, например, можно убрать с помощью процессуального инструментария предубеждённость судьи в отношении подсудимого или стороны? Про отвод всё ясно, когда предубеждённость очевидна и доказуема (правда, учитывая, что у нас сами судьи и разрешают вопрос о собственном отводе, механизм опять не шибко-то работоспособен). А когда предубеждённость мало того, что неочевидна для сторон, так она ещё и не рефлексируется самим судьёй (если рефлексируется, то от неё ещё как-то возможно избавиться)?
                          =============
                          С уважением, М.Н.

                          • Т.е. структурализм, поструктурализм, феноменология, герменевтика, синергетика, антропологическая программа и т.п. – это просто «игры ума»? Я не говорю о том, что всё это надо знать от и до, но, по-моему, нельзя не учитывать тот факт, что после Фейерабенда, Куна, Поппера и др. вопросы познания стоят несколько по-иному, чем в XIX веке и технологии получения знания, скажем так, несколько развились.

                            Вопросы стоят по-другому, да. Ответов нет. Недавно в одной диссертации прочитал призыв наполнить познание в уголовном процессе интуицией как истинным, от Бога методом познания (это он от Бердяева как раз взял). Я, конечно, не забыл предложить автору разработать механизм интуитивного познания в уголовном процесс, параллельно указав, что Бердяев все же немного о другом. Как и перечисленные Вами. У меня нет ресурса перевести герменевтику, феноменологию, паранепротиворечивую логику и т.п. в уголовный процесс. Более того, я не вижу в этом смысла, пока утвержденным повсеместно в науках, в том числе и гуманитарных является диалектика. Собственно, диалектический метод, диалектическая и формальная логика на сегодняшний день не опровергнута, не переработана кардинально, не поставлена под серьезное сомнение иными направлениями в теории познания.

                            Я специально изучал вопрос о диалектике как о всеобщем методе и т.п., чтобы не попасть впросак как раз на такой вопрос: «А с чего Вы взяли, что именно диалектика, есть ведь еще около сотни обоснованных теорий познания»? Я обращался к СМД и некоторым иным современным течением. Нигде я не нашел того, что заставило бы меня усомниться в том, что выработанное Гегелем на сегодня вещь универсальная и всепроникающая. Более того, к ней неустанно растет интерес в западной литературе, они многие только сейчас ее открывают.

                            Я изучал работы Агутина и Александрова. Первый призывал отказаться отдиалектики, а взамен предложил научный метод, который по сути и есть диалектика. Второй написал очень качественный и серьезный труд по психолингвистики и семотике в теории доказывания. Критика обоих более чем на 10 листов. Отдавая должное работе Александрова, я как раз указываю на абсолютизацию текста и языка в уголовном процессе, указываю серьезные пробелы в связи с этим и недостаточность для того, чтобы объяснить познание в уголовном процессе. Да и сам говорит только о судебном разбирательстве, очень опасаясь описания познания до суда.

                            Поэтому я исхожу из того из чего исхожу. Если у кого-то хватит ресурса на основе иного направления в познании объяснить доказывание, предложить свою систему понятий и т.п. — буду первым, кто пропиарит этого человека везде, где только можно. Мне бы действие обычной диалектики для начала описать. В том числе и для того, чтобы мог появиться тот, кто скажет: «Ах, так работает диалектика в процессе?! Нет, давайте искать что-то другое».
                            Последнее, что я видел по этому поводу — украинская монография по СМД в доказывании… Ну, что сказать… В погоне за новым описанием приходим к хорошо забытому старому.

                            Я лишь выступаю против её абсолютизации, т.к. при таком подходе «теряется» субъект и строится, возможно, красивая, интересная, изящная модель, правда, не имеющая никакого отношения к реальной действительности.
                            А что Вы называете реальной действительностью? Действительность ли это и в чем именно она реальна, чтобы знать, на что опираться?
                            Где речь идет об абсолютизации? Я описываю логические механизмы (думаю, что описываю), мне нет дела здесь и сейчас до иных факторов. Тем более, что мне трудно представить как можно при понимании правильной организации мышления упрощать эту организацию в зависимости от представлений о реальности. Тем не менее это надо учитывать и никакой абсолютизации здесь нет. Если физик пишет про закон Ома, он же не абсолютизирует его, он просто о нем пишет.
                            Если же речь идет о невозможности такого мышления, которое описано в статье в силу влияния психологических факторов и т.п. — укажите, где именно такой пробел и почему такой переход не осуществим в силу некоторых факторов.

                            1) формировать судейский корпус (в ряде стран существуют очень интересные методики, которые и нам бы невредно перенять); 2) вести сторонам доказательственную деятельность.

                            С первым без проблем можно согласиться, со вторым — это к посту о состязательности. Там мы это подробно разбирали.

                            Вот что ещё хотел сказать: в какую среду «окунается» процессуальный механизм – так он и работает. Процесс реализуют люди со своими слабостями, горестями и радостями, целями и интересами, со своим ментальным и культурным бэкграундом. Если этого не учитывать, то процессуальный механизм будет «проворачивать».

                            Правильно. Согласен. Правда в отношении выделенного. Именно поэтому я начинаю работу с решения вопроса о том, что есть начало уголовного судопроизводство и что ближе русской ментальности — публичность или состязательность. Хотя собственно эти вопросы уже пояти решили Давлетов и Барабаш.

                            Я сейчас читаю сборник материалов авторов-участников подготовки УПК РФ (2006 г.) и там видно, что были большие надежды на то, что вот изменим текст уголовно-процессуального закона, переориентируем его на «технологическую теорию» (Е.Б.Мизулина, возглавлявшая группу по подготовке УПК РФ как раз-таки и защищала диссертацию по такой теории процесса) и всё будет хорошо. Ну вот мы видим спустя 10 лет, что хорошо не стало.

                            И тут правильно. Првда, если Вы знаете историю принятия УПК и сравнивали его проекты, Вам вообще должно стать все ясно что и почему не получилось. В закон напихали кучу компромиссных норм, не соответствующих той самой ментальности, функциям органов и т.п. оттого и не получилось. Я из этого «не получилось» и исхожу. Говорю о том, что если бы последовательно было реализовано публичное начало, главенство всесторонности в исследовании и т.п. такого бы не было.

                            Кстати, буду признателен за данные сборника, у меня многое от «авторов УПК» разрозненно.

                            Что Вы понимаете под «с необходимостью»? Когда говорим о вещах физических (скажем, энергия накапливается до определённого уровня и затем с необходимостью вызывает какое то «движение»), то здесь понятно. Но такой «инженерный» подход ведь неприемлим в гуманитаристике.

                            Вы привели хороший пример из физике, здесь я имел ввиду тоже самое. Закон достаточного основании и перехода количественного в качественное.
                            Вывод появляется как бы автоматически при наличие достаточной информации. Ну, то есть если представить два блока информации, они в совокупности позволяют сделать тот или иной вывод и он не может не появиться, если информация собиралась с определенной целью.

                            .
                            Тем более о том, что «смысла минимизировать нет» я не говорил (по тексту это легко проверить).

                            Вы писали: «Дело в том, что Вы его никак не устраните и даже, боюсь, вряд ли минимизируете»

                            Получается: Психологическое влияние из процесса не убрать и не минимизировать. Уголовный процесс существует для уменьшения влияния иных факторов, нежели обоснованности выводов об обстоятельствах, подлежащих доказыванию. Вывод: уголовный процесс бесполезен.

                            Я так мыслил, когда читал Ваш комментарий.

                            как, например, можно убрать с помощью процессуального инструментария предубеждённость судьи в отношении подсудимого или стороны?

                            а) образованностью судей
                            б) грамотной работой прокурора и адвоката в рамках имеющихся полномочий.

                            Есть ряд судей и прокуроров, с которыми я знаком и которых отношу к профессионалам. У них у всех есть предубежденности, особенно когда рецидивисты проходят. Но если нет доказательств, ни один из них не будь лепить дело. Оправдательный вынести это, конечно, даже для них край, но дело прокурору вернуть могут.

                              • Максим № 147645
                              • 21 июня 2011, 16:08
                              • +1
                              Александр, спасибо за ответ. Ваша позиция хотя и не стала мне ближе, но, в общем и целом прояснилась гораздо больше, чем после прочтения самой статьи.

                              А что Вы называете реальной действительностью?
                              Работу отечественных органов дознания, следствия, прокуратуры, суда и адвокатов на соответствующих стадиях отечественного УСП.

                              Если же речь идет о невозможности такого мышления, которое описано в статье в силу влияния психологических факторов и т.п. — укажите, где именно такой пробел и почему такой переход не осуществим в силу некоторых факторов.
                              Про объективность уже писал (где параллель с предметом и объектом науки и цитатами из Честнова.По мне объективность как таковая не получается.);

                              Про полноту мы с Вами расходимся: Вы считаете (насколько я понял по тому, что Вы поддержали мой пример с энергией), что вывод получается как бы сам собой, просто при накоплении информации. Я же считаю, что вывод делается в ситуации «вне разумных сомнений» (когда у субъекта нет сомнений в том, что вывод следует с необходимостью. Т.е. вот эта самая «необходимость» определяется по внутреннему убеждению, т.е. вещи объективно-субъективной).

                              Про всесторонность мог бы согласиться, если б не одно «но», уводящее нас опять в дискуссию о состязательности и активности/пассивности суда (а там мы к единству не придём))): если представить исследуемое ретроспективно в рамках доказывания прошедшее событие в виде объёмной модели (напр., куба), то кто его должен «вращать» перед судьёй, высвечивая ту или иную грань? Только стороны или и сам судья тоже? Если только стороны, то всесторонность ими может и не обеспечиваться по тем или иным причинам, если ещё и суд — то это опять «старая песня о главном» о «самом знающем суде, имеющем божественное откровение о произошедшем событии и добывающем Истину» и вопросе «А зачем при таком суде стороны?»)))

                              что ближе русской ментальности — публичность или состязательность
                              Насколько я понял, Вы говорите о русской ментальности вообще, я же имею ввиду культурный и ментальный background отдельного человека. Это отдельная большая междисциплинарная тема, частично мы о ней говорили в топике про состязательность, но небольшую ремарку я всё же здесь сделаю: а с чего бы выработаться этой ментальности (если, конечно, считать, что она — продукт опыта, а не божественного откровения или возникающая раз и навсегда сама по себе) при том, что до ХIX века в стране была инквизиционность, потом с 1864г. до контрреформ конца XIX века — состязательность, потом вплоть до принятия УПК РФ — неоинквизиционность (с её советскими вариациями от более людоедских до менее). И с чего бы появиться состязательной «дисциплине ума»? В начале 90-х С.А.Пашин и группа реформаторов пыталась, но в 1995 г. их группа была разогнана (уникальные книжки, между прочим, писали). Сейчас тоже есть сторонники состязательности, которых не устраивает монополия правоохранителей на интерпретацию доказательств. Так что состязательный «голос» в уголовно-процессуальном дискурсе и влиянию на ментальность ещё только начинает раздаваться)))

                              Кстати, буду признателен за данные сборника, у меня многое от «авторов УПК» разрозненно.
                              Вот такие сборники:
                              www.setbook.ru/books/150082.html?partner=findbook
                              www.setbook.ru/books/99679.html?partner=findbook

                              Кстати, нет ли у Вас библиографии работ по обсуждению и критике разных проектов УПК?

                              Вам вообще должно стать все ясно что и почему не получилось
                              По мне, не получилось потому, что УПК концептуально не выверен: «то ли Конституция, то ли севрюжина с хреном».

                              Психологическое влияние из процесса не убрать и не минимизировать. Уголовный процесс существует для уменьшения влияния иных факторов, нежели обоснованности выводов об обстоятельствах, подлежащих доказыванию. Вывод: уголовный процесс бесполезен.
                              Я так мыслил, когда читал Ваш комментарий.
                              Ну так вторая посылка-то (о том, что УСП существует для уменьшения...) Ваша, а не моя. С моей-то точки зрения процессуальным инструментариям усекновение «психологии» не произвести.
                              А то, что Вы пишите на мой вопрос («как, например, можно убрать с помощью процессуального инструментария предубеждённость судьи в отношении подсудимого или стороны?») касаемо образованности судей и грамотной работой сторон, так это не процессуальный инструментарий, ибо под ним я подразумеваю определённые процедуры, закреплённые в УПК РФ (напр., отвод, самоотвод). Образованность же судей к этому явно не относится, равно как и грамотная работа сторон. Хотя частично и то, и другое психологизм могут нивелировать, здесь не спорю, конечно. Однако, повторюсь, это не процессуальные (процедурные) «нивелиры».

                              ==============
                              С уважением, М.Н.

                              • Кстати, нет ли у Вас библиографии работ по обсуждению и критике разных проектов УПК?
                                Не-а, что-то по ходу встречается, но не так, чтобы системно.

                                Так что состязательный «голос» в уголовно-процессуальном дискурсе и влиянию на ментальность ещё только начинает раздаваться)))
                                У меня совсем другое ощущение. Состязательный голос выдохся, ничего нового кроме равенства сторон произнести не может. Прогнозирую принятие нового УПК к 2016 году. Как только правоохранители переделят полномочия окончательно.

                                Вотздесь опубликовал по Александрову некоторые мысли.

                                  • Судья, Суд по интеллектуальным правам
                                    • 26 июня 2011, 23:44
                                    Александр, как по Вашему, принцип состязательности в уголовном, гражданском и арбитражном процессе одинаков, по своей сути, или чем-то отличается?
                                    С уважением

                                  Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.