Найти

Закон и порядок в РФ

Виды ответственности судебного пристава-исполнителя.Необходимость создания служб розыска В ФССП.

История становления службы судебных приставов в России

С 1 февраля 2008 года вступил в силу Федеральный закон «Об исполнительном производстве» от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ (далее – Закон об исполнительном производстве 2007 г.), который внес существенные изменения в порядок принудительного исполнения в Российской Федерации. Подготовка комплексных новелл в законодательные акты, затрагивающие вопросы исполнительного производства, и, в первую очередь, в Закон об исполнительном производстве была обусловлена произошедшими за десятилетие в российском законодательстве серьезными изменениями, а также сложившейся правоприменительной практикой.

Востребованность службы судебных приставов ни у кого не вызывает сомнений. Она зарекомендовала себя как достаточно действенная правоохранительная структура. На службу судебных приставов сейчас возложен ряд ответственных функций по розыску должников и их имущества, дознанию и административной практики. Необходимо отметить, что служба судебных приставов находится в стадии развития, деятельность ее совершенствуется. Предпринимаются меры к наиболее эффективному и полному исполнению судебных актов и актов других органов.

Судебный пристав как должностное лицо, обеспечивающее вызов в суд участников процесса и исполняющее судебные решения, известен еще древнерусскому судоустройству. В памятниках рус¬ского права лиц, замещающих эту должность, называли отроки, мечники, детские, подвойские и т. д. Суть же их полномочий связы¬валась, в основном, с исполнением денежных взысканий по реше¬нию суда. Насколько значимой была деятельность приставов мож¬но судить по законодательству того времени. К примеру, Русская Правда — один из ранних источников права Древней Руси — за со¬вершенное преступление предусматривала два главных наказания: денежный штраф и смертную казнь. Причем свыше 90 % санкций содержали указание на штрафы.

В московский период Российского государства престиж испол¬нителей судебных решений в части денежных взысканий стал постепенно падать. Связано это, в первую очередь, с изменениями характера и содержания назначаемых наказаний. Судебник 1497 года и Соборное уложение 1649 года существенно изменили соотноше¬ние имущественных и телесных наказаний в пользу последних. Эта тенденция сохраняется вплоть до XVIII века, когда полномочия су¬дебных приставов отошли к ведению общей полиции. Однако к на¬чалу работ по подготовке судебной реформы 1864 года стало ясно, что совмещение полицейских и судебно-вспомогательных функций на новом правовом поле не будет отвечать складывающимся обще¬ственным отношениям.

Учреждение судебных установлений (УСУ) возвращает инсти¬тут судебных приставов в российскую правовую систему. Согласно ст. 297 УСУ «судебные приставы состоят при кассационных депар¬таментах Правительствующего сената, при судебных палатах и при окружных судах для исполнения действий, возлагаемых на них ус¬тавами уголовного и гражданского судопроизводства и настоящим Учреждением». По решению уездного земского собрания (а в Мос¬кве и Санкт-Петербурге по определению городской думы) долж¬ность судебного пристава вводилась при съезде мировых судей.

Штатная численность судебных приставов при каждом судебном месте определялась соответствующим руководителем. В среднем 12 -¬18 приставов на губернию. Сравнительно небольшое, по сегодняш¬ним меркам, количество судебных приставов легко объяснимо. В со¬ответствии со ст. 189 Устава уголовного судопроизводства, наряду с судебными приставами, приговоры в части денежных взысканий, а также решений суда по вознаграждению участников процесса за вред или убытки возлагались на волостных и сельских начальников, а так¬же местные полицейские чины. Судебный пристав так и не стал цен¬тральной фигурой в деле исполнения приговоров и судебных реше¬ний в части имущественных взысканий. Да, наверное, и не мог стать, поскольку круг его полномочий был сильно ограничен. Так, в обязан¬ности судебных приставов, состоящих при кассационных департамен¬тах Правительствующего сената и при судебных палатах, входило «со¬общение тяжущимся повесток и бумаг, по делам, производящихся в сих местах, и исполнение действий, поручаемых им от первоприсут¬ствующего в кассационном департаменте или председателем судеб¬ной палаты» (ст. 321 УСУ). На судебных приставов, состоящих при окружных судах, кроме того, возлагалось исполнение судебных ре¬шений и некоторых других действий в пределах округа того суда, при котором они состояли. В число «отнесенных к их обязанностям дей¬ствий» включались вызовы к торгам по имуществу несостоятельных должников (публикации в газетах, ведение торга с записью предло¬женных цен и оформлению покупки), арест имущества, задержание должника и другие подобные действия. На судебного пристава при съездах мировых судей возлагалось принятие на сохранение денеж¬ных сумм и других ценностей, передаваемых в качестве наследства, и отсылка их наследникам по решению суда.

Законодательство Российской империи устанавливало ряд квалификационных требований к лицам, желающим занять должность судебного пристава. Так, не могли быть судебными приставами лица, не достигшие 21 года; иностранцы; лица, объявленные несостоятельными должниками; состоящие на службе от правительства или по выборам; подвергшиеся по судебным приговорам лишению или ограничению прав состояния, а также священнослужители, лишённые духовного сана по приговорам духовного суда; лица, состоящие под следствием за преступления и проступки, влекущие за собой лишение или ограничение прав состояния, и те, кто, будучи под судом за такие преступления и проступки, не оправдан судебными приговорами; лица, исключённые из службы по суду, или из духовного ведомства за пороки, или же из среды обществ и дворянских собраний по приговорам тех сословий, к которым они принадлежат; лица, которым по суду запрещено хождение по чужим делам.

Подбор кандидатов на должность судебного пристава осуществ¬лялся преимущественно из числа канцелярских служителей различ¬ных ведомств. По своему социальному происхождению они были разночинцы дети чиновников, духовенства, мещан, унтер-офице¬ров и купцов. Назначение на должность осуществлялось председате¬лем соответствующего суда. Судебные приставы состояли на государственной службе, имели классные чины (обычно восьмого — десятого класса).

Кандидат на должность судебного пристава был обязан внести за¬лог в размере 600 рублей. Эта сумма служила гарантом возмещения возможных убытков, которые могли быть причинены неправомерны¬ми действиями пристава. Кроме того, он принимал присягу. В соот¬ветствии с действующим тогда законом судебный пристав не мог по¬менять место жительства без разрешения председателя суда, при ко¬тором состоял. Что же касается денежного довольствия, то у судебно¬го пристава был самый маленький среди чинов канцелярии оклад со¬держания. Судебный пристав окружного суда получал в год шестьсот рублей: оклад серебром чистого жалования 300 руб., столовых 150 руб. и квартирных 150 руб. Кроме того, по таксе, установленной Министром юстиции, судебные приставы дополнительно получали денежное вознаграждение за совершение конкретных исполнительных действий, иную работу в интересах судов. Это стимулировало производительный труд судебного пристава.

При поступлении на службу судебный пристав получал знак дол¬жности, печать судебного при става (вначале на ней указывалось лишь название судебного органа; позднее эти печати стали именными и дополнялись именными бланками с угловым штампом и штампом входящей и исходящей документации и т.п.), три прошнурованные книги: учета входящей корреспонденции, учета исходящей коррес¬понденции и денежная приходно-расходная книга.

В течение первого года службы судебный пристав проходил испы¬тательный срок и именовался «исполняющим должность». По исте¬чении испытательного срока судебный пристав утверждался в долж¬ности.

Судебные приставы имели право избирать из своего состава совет в составе старейшины и нескольких членов, без определения сроков их полномочий. Судебные приставы могли ходатайствовать через свои советы о разрешении образовать им товарищества с круговой порукой друг за друга. Тем самым приставы принимали на себя ответственность за все убытки, которые могли быть причинены их действиями. Вместе с тем, расширялись дисциплинарные права советов судебных приставов. Они получали возможность безапелляционно лишать приставов причитающегося на их долю вознаграждения по таксе и штрафовать на суммы от 5 до 100 рублей, увольнять их на основании жалоб, удалять по неблагонадёжности и неспособности, принимать на их место других и добавлять к штатным приставам внештатных, доводя о всякой перемене в составе приставов до сведения председателей и прокуроров судебной палаты.

Исполнительный лист выдавался судом, вынесшим решение, а затем передавался взыскателем председателю того окружного суда, в округе которого должно было состояться исполнение решения. Ответчик извещался повесткой об исполнении. Судебный пристав производил опись и арест имущества должника, после чего оно продавалось с публичных торгов. Помимо Устава Гражданского судопроизводства принудительное исполнение регулировалось рядом других правовых актов, например Положением о взысканиях гражданских.

При уездных судах, а также при губернских присутствиях волостных судов, верхних крестьянских судах не было судебных приставов. Их обязанности исполнялись общей полицией или приставами окружных судов. Однако могли быть назначены судебные приставы при мировых съездах мировых судей.

Декрет о суде № 1 от 24 ноября 1917 года, упразднив общие судеб¬ные установления, приостановил и действующий на то время инсти¬тут мировых судей. Судебная система Российской Империи факти¬чески перестала существовать как самостоятельный элемент государ¬ственной власти. В то же время судебным приставам, как и другим канцелярским чиновникам упраздненных учреждений, «предписыва¬ется оставаться на своих местах и под общим руководством комисса¬ров исполнять все необходимые работы по направлению неокончен¬ных дел, а равно и давать, в назначенные дни, заинтересованным ли¬цам справки о положении их дел». Но и они вскоре остаются без ра¬боты. Порядок в местных судах и других судебных органах обеспечи¬вается вначале Красной гвардией, а затем и местной милицией. Она же осуществляла вручение судебных повесток, а также исполняла судебные приговоры. Решения по гражданским делам и различного рода денежные взыскания возлагались на судебных исполнителей, о кото¬рых прямо говорится в Положении о народном суде РСФСР, приня¬том Декретом ВЦИК от 30 ноября 1918 года.

Достаточно подробно порядок принудительного исполнения раскрывался в ГПК РСФСР 1923 г., ряде других актов. Так, в 20-е годы, в период новой экономической политики, служба судебного исполнения работала достаточно активно в связи с оживлением гражданского оборота. Судебным исполнителем мог быть назначен гражданин, пользовавшийся избирательными правами, если он прослужил в течение одного года в какой-либо из должностей в органе советской юстиции или выдержал экзамен при губернском суде. Судебные исполнители назначались на должность или увольнялись с должности по распоряжению председателя губернского или окружного суда.

Судебные исполнители исполняли решения судов и судебные приказы по гражданским делам, исполнительные надписи нотариусов, определения судов, решения арбитражных и земельных комиссий и третейских судов, другие акты. Исполнение судебных решений и решений земельных комиссий могло быть возложено в случае отсутствия судебных исполнителей на волостные исполкомы и органы милиции.

За исполнение судебных решений и других актов исполнители взыскивали сборы по установленным таксам, которые подразделялись следующим образом: 75 % шло в доход государства, а 25 % в общий фонд для вознаграждения судебных исполнителей данной губернии или других лиц, фактически исполнивших решение. При распределении сумм из фонда между судебными исполнителями вознаграждение распределялось по баллам. Во внимание принимался характер и количество исполненных дел, успешность проведённых ими взысканий, отдалённость и характер района их работы, условия передвижения и другие объективные условия работы. Из подлежащей выдаче судебному исполнителю суммы 20 % удерживалось для вознаграждения делопроизводителя данного исполнителя.

Затем порядок исполнения регламентировался в ГПК РСФСР 1964 г., ряде подзаконных актов, например Инструкциях Министерства юстиции СССР о порядке исполнения судебных решений от 24.04.1973 г., об исполнительном производстве от 15.11.1985 г. В тот период окончательно сложилась действовавшая до середины 90-х годов XX века система исполнительного производства СССР и России.

Исполнительное производство характеризовалось рядом признаков:

Во-первых, исполнительное производство носило государственный характер;

Во-вторых, судебные исполнители относились к судебной системе и состояли под организационным началом как органов юстиции, так и председателей соответствующих судов;

В-третьих, как часть судебного процесса, исполнительное производство имело достаточно много присущих судебному процессу черт и признаков;

В-четвёртых, оно преимущественно защищало государственную, общественную и кооперативную собственность, например, путём установления ряда существенных ограничений по обращению взыскания в отношении государственных предприятий, учреждений, организаций, колхозов, иных кооперативных организаций.

Экономические и политические преобразования привели к необходимости изменения системы принудительного исполнения, выявив неэффективность существовавших организационно-правовых форм исполнения. В печати и юридической литературе начали ставиться вопросы о необходимости реформы службы судебного исполнения.

Впервые термин «судебный пристав» появился вновь в современном законодательстве после принятия федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации», по которому поддержание порядка в заседании Конституционного суда возлагалось на судебных приставов, требования которых обязательны для всех присутствующих. Вместе с тем на них не возлагаются функции по принудительному исполнению актов Конституционного суда РФ. Только после принятия в 1997 года Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» можно говорить о начале реформы системы принудительного исполнения с целью придания ей современного облика, соответствующего современным социально-экономическим реалиям.

В конце 80-х и начале 90-х годов наша страна, ещё находясь в составе СССР, перешла на новые рельсы экономического развития. Вместе со сменой политического режима и системы руководства в стране начался процесс разгосударствления собственности. На смену безраздельному господству и диктату государства, плановым началам во всех отраслях экономики пришло всё многообразие форм собственности. Предпочтение отдавалось частной собственности, свободе экономической деятельности, частной инициативе и предпринимательству, конкуренции, рынку.

Значительные изменения происходят в правотворческой и правоприменительной деятельности, в системе судоустройства и осуществления правосудия.

24 октября 1991 года Верховным Судом РСФСР была одобрена Концепция судебной реформы в России, которая в соответствии с конституционным принципом разделения властей, положила начала становлению независимой судебной власти, введению в судебный процесс принципов состязательности, презумпции невиновности, осуществлению правосудия с участием присяжных заседателей и др.

В Концепции судебной реформы обоснованно отмечалась необходимость улучшения ситуации с исполнением судебных решений и предложены такие пути решения этой задачи, как увеличение материальной заинтересованности судебных исполнителей, усиление гарантий их прав и законных интересов, введение уголовной и административной ответственности за противодействие их законной деятельности.

Между тем ситуация с исполнением судебных решений ухудшалась. По данным Министерства юстиции Российской Федерации, в 1996 года (последнем году перед принятием нового законодательства) – реальное исполнение составляло: по числу оконченных исполнительных документов – 35%; по взысканным денежным суммам – 26,3 %.

Основной причиной сокращения количества исполняемых решений в сфере права являлась устарелость нормативной базы исполнительного производства, которая закрепляла организационную структуру принудительного исполнения, не отвечающую новым, поставленным жизнью задачам, не обеспечивало равенство защиты всех форм собственности, не предоставляла судебным исполнителям правомочий, достаточных для принудительного исполнения поступающих им на исполнение исполнительных документов и не позволяла улучшить кадровый состав судебных исполнителей.

До вступления в действие федеральных законов «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах» организационные вопросы принудительного исполнения и порядок деятельности судебных исполнителей решались в основном нормами Закона о судоустройстве РСФСР от 08 июля 1981 г., раздела V ГПК РСФСР, действовавшего с 1 октября 1964 г., Положения о Министерстве юстиции РФ и Инструкцией об исполнительном производстве Министерства юстиции СССР, введённой в действие с 1 апреля 1986 г.

Судебные исполнители состояли при районных судах (ст.348 ГПК, ст.77 Закона о судоустройстве РСФСР) и находились в двойном подчинении: назначались на должность руководителями органов юстиции субъектов Российской Федерации, организовывали их работу председатель районного суда (п.5 ст.26 Закона о судоустройстве РСФСР) и Министерство юстиции Российской Федерации (п.6 Положения о Министерстве юстиции РФ от 4 декабря 1993 г.№ 1187), а контроль над их работой осуществлялся судьёй районного суда (ст. 349 ГПК).

Эти нормы, большинство из которых, были приняты в то время, когда Министерство юстиции осуществляло организационное руководство судами, в ходе судебной реформы привели, с учётом большой загруженности судей районных судов по рассмотрению судебных дел, к бесконтрольности за действиями судебных исполнителей, к нарушениям прав сторон по исполнительным листам арбитражных судов (поскольку судебные исполнители состояли при районных судах общей юрисдикции); фактически перестали действовать рычаги руководства и организации деятельности судебных исполнителей.

Не случайно президент Российской Федерации, начиная с декабря 1991 г., практически ежегодно напоминал и требовал реформировать исполнительное производство, разработать и принять федеральные законы «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве».

Экономические и политические преобразования привели к необходимости изменения системы принудительного исполнения, выявив неэффективность существовавших правовых норм, не отвечающих новым, поставленным жизнью задачам, не обеспечивающих равенство защиты всех форм собственности, не предоставляющих судебным исполнителям правомочий, достаточных для принудительного исполнения поступающих им на исполнение исполнительных документов и не позволяющих улучшить кадровый состав судебных исполнителей. Стало очевидным, что судебная реформа должна быть дополнена реформой системы принудительного исполнения судебных актов и актов других органов, по которым закон допускает принудительное исполнение. Законопроекты, реформирующие принудительное исполнение и решающие задачи обеспечения установленного порядка деятельности судов, были разработаны Министерством юстиции Российской Федерации совместно с Верховным Судом РФ и Высшим Арбитражным Судом РФ. На объединённом Пленуме этих высших судов 28.02.1995 г. было принято постановление о внесении законопроектов в Государственную Думу РФ.

12 мая 1995 г. законопроекты были внесены в Госдуму, в июле приняты в первом чтении и, после значительной доработки, 16.04.1997 г. приняты во втором чтении, 4 июня 1997 г. – в третьем, одобрены Советом Федерации 03.07.1997 г. и подписаны Президентом РФ 21.07.1997 г. Как известно, оба закона вступили в силу 6 ноября 1997 года.

Этими законами решены следующие основные вопросы исполнительного производства:

a) Создана самостоятельная служба принудительного исполнения исполнительных документов и таким образом осуществлена одна из основных идей, положенных в основу этих законов. Принудительное исполнение судебных актов и тем более актов административных и других контролирующих органов исполнительной власти не является и не может быть частью гражданского или арбитражного судопроизводства, а поэтому не может и не должно регулироваться ГПК и АПК.

б) Исполнительное производство – это вполне самостоятельная отрасль права, такая же, как уголовно-исполнительное производство, регулируемое в настоящее время Уголовно-исполнительным Кодексом РФ, и поэтому нормы о нём должны быть сосредоточены в отдельном и специальном правовом акте федеральном законе (законах).

в) Законодательно обеспечено равенство защиты всех форм собственности в сфере исполнительного производства. Государственная собственность не имеет никаких преимуществ по сравнению с иными формами.

г) Созданы нормативные предпосылки улучшения кадрового состава судебных приставов-исполнителей и подъёма их профессионального уровня.

д) Усилена ответственность должников за невыполнение судебных актов и актов других органов, а также граждан и работников организаций за неисполнение законных требований судебного пристава-исполнителя и нарушение законодательства РФ об исполнительном производстве.

е) Обеспечен действенный (внутриведомственный, судебный и прокурорский) контроль над действиями судебного пристава-исполнителя.

В соответствии с конституционным принципом разделения властней принудительное исполнение судебных актов и актов других органов является функцией не судебной, а исполнительной власти, и поэтому служба принудительного исполнения отделена от самих судов и судопроизводства и передана Министерству юстиции РФ – федеральному органу исполнительной власти. Вместе с тем судопроизводство и исполнительное производство неразрывно связано общностью выполняемой ими задачи – защиты нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов граждан и организаций, в том числе в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, которую исполнительное производство выполняет только одним способом – путем принудительного исполнения судебных актов и актов других органов.

Виды ответственности судебного пристава-исполнителя

Принцип ответственности государственных служащих за подготавливаемые решения, неисполнение либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей — одно из основных концептуальных положений Федерального закона «Об основах государственной службы Российской Федерации». Этот принцип должен стимулировать добросовестное и надлежащее выполнение судебными приставами и руководителями службы своих служебных обязанностей. Решения, которые разрабатываются и принимаются судебными приставами в процессе исполнительного производства, должны отвечать требованиям законности, соответствовать положениям правовых актов. К числу принимаемых решений относятся и указания, отдаваемые руководителями подчиненным.

Ответственность является фундаментальным понятием в юридической науке. Юридическую ответственность можно определить как главным образом применения государственного принуждения к виновному лицу за совершенное им правонарушение.

Обязательно применить термин «ответственность» и в юридической интерпретации, и в смысле ценностей, определяющих административные решения. В любом смысле ответственность в исполнительном производстве — антипод «синдрому безответственности», когда говорится о причинах искусственного заволокичивания процесса принудительного исполнения судебными приставами-исполнителями.

Различаются виды юридической ответственности: конституционно-правовая (государственно-правовая), гражданско-правовая, уголовно-правовая, эколого-правовая, ответственность по налоговому праву, таможенному праву и другим отраслям российского права. Поскольку в настоящее время отношения, возникающие в связи с исполнением решений юрисдикционных органов, выделяются в самостоятельную отрасль права — исполнительное право, и это направление бурно развивается, то правомерно выделить понятие — ответственность по исполнительному праву.

Ответственность по исполнительному праву может быть определена как меры принуждения, применяемые к судебным приставам или должностным лицам службы судебных приставов за совершенные правонарушения при выполнении действий, неполные, несвоевременные или несоответствующие действующему законодательству Российской Федерации действия, или отсутствие действий по исполнению решений в исполнительном производстве. Для более расширенного определения понятия «ответственность по исполнительному праву» можно выделить следующие характерные черты и признаки.

Во-первых наличие сферы отношений и действий, в которой возникает ответственность по исполнительному праву, т. е. наличие определенных разграничительных линий, в какой-то мере условных, но позволяющих юридически выделить противоправные действия и поступки, влекущие за собой наступление ответственности. Поскольку в системе российского права исполнительное право уже выделилось из гражданского процессуального права в целостное и относительно самостоятельное правовое образование, регулирующее отношения, возникающие при исполнении судебных актов и

актов иных органов, то можно считать относительно обособленной и саму область отношений и действий, им регулируемым.

Во-вторых, основания ответственности по исполнительному праву. Ответственность по исполнительному праву устанавливается на основании: Конституции Российской Федерации, федеральных законов РФ, нормативных актов Президента России, постановлений Правительства Российской Федерации, подзаконных актов, приказов Министерства юстиции Российской Федерации и Главного судебного пристава России, приказов и распоряжений других должностных лиц Минюста России и службы судебных приставов, организационно-правовой документации (положений, приказов, должностных инструкций).

В-третьих, ответственность по исполнительному праву включает в себя: уголовно-правовую, административную, материальную, финансовую, дисциплинарную, процессуальную, фидуциарную и социальную ответственность. Виды ответственности будут различаться по мерам принуждения.

В-четвертых, меры ответственности зависят от вида ответственности и могут быть определены судом, вышестоящим должностным лицом, контролирующим органом. Определение меры ответственности по каждому правонарушению или проступку судебного пристава-исполнителя зависят от конкретных условий и положений каждого правонарушения, часто требуют индивидуального разбирательства. От этих же обстоятельств зависят процедура и порядок привлечения к ответственности. Так, в случае нарушения норм Федеральных законов «О судебных приставах» и «Об исполнительном производстве» к судебному приставу-исполнителю могут быть применены меры дисциплинарного характера главным судебным приставом субъекта Федерации. При причинении материального вреда государственному имуществу, если размер этого вреда превышает размер среднемесячного заработка, взыскание производится через суд.

Таким образом, ответственность по исполнительному праву может быть определена как комплекс мер ответственности, применяемых уполномоченным кругом органов или должностных лиц в соответствии с действующим законодательством в форме принуждения или взыскания к судебным приставам или должностным лицам службы судебных приставов за совершенные правонарушения при выполнении действий, за неполные, несвоевременные или несоответствующие действующему законодательству Российской Федерации действия, или отсутствие действий по исполнению решений в исполнительном производстве.

Рассмотрим более детально виды ответственности по исполнительному праву.

Уголовно-правовая ответственность — это меры принуждения за противоправные действия в исполнительном производстве, связанные с нарушениями норм Уголовного кодекса и влекущие за собой соответствующие наказания, определяемые судом. Уголовно-правовая ответственность — наиболее строгий вид юридической ответственности, поскольку виновный претерпевает наиболее существенные лишения, нежели при других видах ответственности. Страдают личные и имущественные права и интересы виновного лица. Деформируется правовой статус лица, совершившего преступление, возникает обязанность понести наказание и восстановить нарушенные права потерпевших.

Основанием уголовной ответственности в соответствии со ст.8 УК РФ является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом. Глава 30 УК РФ устанавливает круг преступных деяний, совершаемых против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Специальным субъектом в данной главе (за исключением ст. 291 УК РФ) выступает должностное лицо. Сотрудники службы судебных приставов подлежат уголовной ответственности за совершение ими уголовно наказуемых деяний, которые противоречат интересам государственной службы либо совершены с использованием служебного положения, благодаря служебному положению.

Объектом посягательство такого рода преступлений являются общественные отношения в сфере нормального порядка деятельности и функционирования государственной службы (в частности, службы судебных приставов). Совершение подобного рода преступлений подрывает авторитет государственной службы, дискредитирует должностных лиц в глазах общества.

Ряд статей УК РФ предусматривает и дополнительный объект посягательства, например, права и законные интересы граждан, организаций, законные интересы общества или государства, право собственности.

Отдельные виды преступлений имеют в обязательном порядке такой признак объекта преступления, как предмет посягательства. Так, при даче либо получении взятки предметом преступления является сам предмет взятки (денежные средства, ценные бумаги, другое имущество либо ценности неимущественного характера). А при совершении служебного подлога (ст. 292 УК РФ) предметом выступают официальные документы.

Объективная сторона в основном выражена в форме действия (ст. 286, 289, 290 и др.), за исключением злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ) и халатности (ст. 293 УК РФ), когда форма объективной стороны может быть выражена и в форме бездействия.

Большая часть составов преступлений главы 30 УК РФ по конструкции объективной стороны являются формальными, то есть преступление считается оконченным вне зависимости от наступления общественно опасных последствий, достаточно совершения самого преступного деяния. Материальными составами обладают такие преступные посягательства как превышение или злоупотребление должностными полномочиями, халатность. Законодатель в данном случае указывает на необходимость наступления последствий, таких, как существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства. Кроме того, ряд особо квалифицированных составов указывает в качестве обязательного признака объективной стороны причинение тяжких последствий (п. «в» ч. З ст. 286, п.«в» ч.З ст.287, ч.2ст.293УКРФ).

Субъективная сторона выражена, как правило, в форме умысла. Только совершение преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ, предполагает вину в форме неосторожности. Ряд составов выделяет дополнительные признаки субъективной стороны(мотив), например, совершение деяния из корыстной или иной личной заинтересованности.

Вскрываются факты несвоевременного возбуждения исполнительных производств, необоснованного возврата исполнительных документов взыскателям, нарушения сроков наложения ареста на имущество должников, несоблюдение очередности производимых взысканий.

Все перечисленные выше статьи могут быть применены к судебным приставам-исполнителям и сотрудникам службы судебных приставов.

Приведу ряд примеров совершения преступлений сотрудниками службы судебных приставов.

Так, сотрудниками ГУВД г. Москвы 27апреля 2000г. задержан с поличным при получении взятки судебный пристав-исполнитель отдела службы судебных приставов ЮАО Главного управления юстиции г. Москвы Голышев, который вымогательством получил 850 долларов США от гражданина Андреева за вынесение постановления о снятии ареста с квартиры, приобретенной на аукционе. По данному факту возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст.290 УК РФ.

В городе Биробиджане Еврейской АО возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст.290 УК РФ в отношении двух сотрудников службы судебных приставов: судебного пристава-исполнителя Санхевича и стажера Мельникова,

которые вымогали у частного предпринимателя Сивоконь взятку в размере 2000 руб. за составление акта о невозможности взыскания суммы штрафа за административные правонарушения на сумму 12000 руб. Дело рассмотрено в суде, Санхевич осужден к 3 годам и шести месяцам лишения свободы.

18 июля 2000г. возбуждено уголовное дело по ч. З ст. 160 УК РФ в отношении двоих судебных приставов-исполнителей Набережно-Челнинского подразделения службы судебных приставов Минюста Республики Татарстан. Установлено, что в период с 8 августа по 31 декабря 1999 г. они наложили арест на 70 автомашин «КамАЗ» принадлежащих ОАО «КамАЗ», в счет погашения кредиторской задолженности этого акционерного общества перед фирмой «Дорстройкомплект» (г. Москва). Далее, действуя в сговоре с директором фирмы «Солид-С» и используя фиктивные письма от фирмы «Дорстройкомлект», переоформили четыре автомашины «КамАЗ» на общую сумму 1 млн. 130 тысяч руб. на фирму «Солид-С» и несуществующую фирму «Камсервис», после чего данные автомашины реализовали неустановленным лицам, а вырученные деньги присвоили.

Ответственность по исполнительному праву, несомненно, обладает таким свойством, как процессуальность, поэтому в определении ответственности по исполнительному праву можно говорить о процессуальной ответственности.

Процессуальными проступками называют нарушения установленной законом процедур осуществления правосудия, прохождения юридического дела в правоприменительном органе.

Суть процессуальной ответственности заключается в том, что применение мер ответственности происходит в определенном порядке, по установленной законом процедуре.

Процессуальная ответственность — ответственность за выполнение юридического процесса строго в рамках, определенных действующим законодательством и правовыми актами, а также свойство (признак) любой ответственности. В качестве признака процессуальной ответственности предполагается наступление ответственности только при выполнении определенной юридической процедуры.

Процесс привлечения к ответственности предусмотрен действующим законодательством, различными уставами и положениями. При нарушении

процедуры привлечение лица к ответственности возможно через обжалование действий или бездействий, направленных на привлечение к ответственности, в компетентные органы, а также в суд.

Субъект процессуального проступка является специальным, поскольку в процессе привлечения виновного лица к ответственности участвует представитель правоприменительного органа. Именно он будет нести ответственность при совершении процессуального проступка. В данном случае должностное лицо понесет дисциплинарную ответственность. А виновному лицу удастся уйти от предусмотренной законом ответственности, поскольку нарушение процедуры привлечения его к ответственности приведет к недействительности назначенного наказания.

Таким образом, по своему характеру любой вид ответственности процессуален. Наступление ответственности предусматривается только при полном соблюдении процедуры ее применения. В противном случае цель восстановления нарушенных законных интересов никогда не будет достигнута. Интересы государства и общества будут страдать, деформироваться в связи с некомпетентностью правоприменителя.

Характер процессуальности является также гарантом соблюдения прав стороны, преступившей общепринятые нормы закона.

Административная ответственность — вид юридической ответственности, которая наступает при наличии правонарушений, конкретизируемых юрисдикцинонными подзаконными актами и актами

государственных органов: Президента России, Правительства Российской Федерации, Минюста России и других компетентных органов. Основанием административной ответственности является административное

правонарушение, а мерами — административные взыскания. Примерами административной ответственности государственных служащих, как и просто граждан государства, являются нарушения Правил дорожного движения, Правил пожарной безопасности в Российской Федерации.

Особенность стоит в том, что государственный служащий — специальный субъект административных правоотношений. Так, при нарушении трудового либо административного законодательства к некоторым категориям государственных служащих применяется особый порядок производства по делам об административных правонарушениях.

Сотрудники службы судебных приставов подлежат административной ответственности на общих основаниях. Кроме того, на них распространяется действие Федерального закона «Об основах государственной службы» и помимо административной ответственности к приставам-исполнителям могут применяться меры дисциплинарного воздействия. Административными взысканиями являются: предупреждение, штраф, возмездное изъятие и конфискация предмета, явившегося орудием совершения или непосредственным объектом правонарушения, лишение специального права, предоставленного правонарушителю, исправительные роботы, административный арест и др. Правом налагать административные взыскания наделены определенные органы (должностные лица) перечень и разграничение полномочий которых закреплены в разделе З Кодекса об административных правонарушениях.

Материальная ответственность — особый вид юридической ответственности, которая наступает за причиненный вред предприятию, учреждению, организации ее работником при выполнении им своих обязанностей. Она регулируется нормами трудового законодательства. Особенность данного вида ответственности состоит в том, что с обязанного лица взыскивается лишь прямой действительный ущерб. Упущенная выгода (неполученные доходы) в рамках материальной ответственности взысканию не подлежат.

Выделяют три вида материальной ответственности: ограниченная, полная и повышенная. Материальная ответственность в полном размере ущерба возлагается в тех случаях, когда ущерб причинен действиями работника, содержащими признаки уголовно наказуемых деяний, но он был

освобожден от уголовной ответственности, либо уголовное дело прекращено по нереабилитирующим основаниям и в других случаях, предусмотренных законодательством. При совершении проступка на рабочем месте администрация по приказу (распоряжению) вправе взыскать причиненный вред из заработной платы должника, когда размер причиненного вреда не превышает среднего месячного заработка виновного работника. Причем возмещение ущерба производится вне зависимости от привлечения виновного к административной, уголовной либо дисциплинарной ответственности.

Сотрудники службы судебных приставов могут быть привлечены к материальной ответственности лишь за вред, причиненный государственному имуществу. В рамках совершения исполнительных действий судебный пристав-исполнитель отвечает за нарушения Федеральных законов «Об исполнительном производстве и «О судебных приставах» в форме применения к нему мер дисциплинарного и уголовного характера.

В случае причинения ущерба судебным приставом-исполнителем как государственным служащим и должностным лицом, потерпевшая сторона вправе обратиться в гражданском порядке с иском о взыскании

соответствующей суммы материального, а также, возможно, морального вреда за счет средств бюджета Российской Федерации. Статья 1069 Гражданского кодекса регулирует указанные отношения. В комментарии к указанной статье указывается на возможность предъявления иска в порядке регресса к непосредственному причинителю вреда. Данное положение, на мой взгляд, не может быть применено к государственному служащему — судебному приставу-исполнителю, поскольку законодательством об основах государственной службы предусмотрен особый порядок ответственности служащего за причинение им вреда.

Кроме того, указанная статья ГК РФ предусматривает ответственность лишь бюджета соответствующего уровня за причинения ущерба должностным лицом и не предусматривает возможность регрессного требования. В донном случае для причинителя вреда не может наступить и материальная ответственность. Так, в случае увольнения виновного лица взыскать указанный ущерб орган как представитель бюджета соответствующего уровня уже не сможет, поскольку причинитель вреда перестает быть должностным лицом и разрывает с работодателем трудовые отношения, наличие которых выступает необходимым условием применения мер материальной ответственности. В данном случае теряется смысл применения каких-либо мер к виновному.

Финансовая ответственность — обязанность возместить ущерб, причиненный своими действиями вне зависимости от наличия трудовых отношений, Данная разновидность юридической ответственности применяется к виновному лицу при совершении им финансового правонарушения.

Основанием наступления финансовой ответственности является совершение финансового проступка. Финансовый проступок можно понимать как совершение нарушения правил финансовых операций, правил обращения с денежными ресурсами(нарушение финансовой отчетности, сокрытие или недоплата налогов, завышение цен и тому подобное). В качестве финансовых санкций может применяться штраф, наложение ареста на банковский счет и др.

Указанный вид ответственности является разновидностью административной ответственности, так как в данном случае налицо отношения «власть-подчинение». Контролирующий орган, выявивший финансовые нарушения, соответствующим образом реагирует на них, вынося постановления о наложении штрафа, о наложении ареста на банковский счет и тому подобное. Своими действиями уполномоченный государственный орган осуществляет карающую и восстановительную функцию, устраняя вредные последствия выявленного нарушения.

Субъектом данного вида ответственности могут быть как физические, так и юридические лица. Но судебные приставы-исполнители не подлежат ответственности как должностные лица за финансовые проступки, поскольку в рамках исполнительного производства они не могут совершить таковые. Ответственность за нецелевое распоряжение депозитным счетом наступает либо в дисциплинарном, либо в уголовном порядке.

Приведу пример: в Сахалинской области по материалам оперативных служб ОВД возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 285 УК РФ в отношении пяти должностных лиц службы судебных приставов, которые на протяжении 1998—1999 гг. незаконно использовали в личных целях денежные средства внебюджетного фонда службы судебных приставов Сахалинской области.

Дисциплинарная ответственность — особый вид юридической ответственности. В нашем случае к дисциплинарным нарушениям относятся проступки и нарушения организационных положений и должностных инструкций, не подлежащие взысканиям, определяемым уголовно-правовой, административной, материальной и финансовой ответственностью. Например, нарушение трудового регламента службы судебных приставов.

Дисциплинарное принуждение осуществляется субъектами дисциплинарной власти — руководителями службы и подразделений судебных приставов в отношении подчиненных. Основанием для дисциплинарной ответственности является организационная документация: положения о подразделениях и службе, должностные инструкции. Дисциплинарное принуждение —

это применение на основе юридических норм и организационной документации в процессе управленческой деятельности субъектами линейной (дисциплинарной) власти в отношении судебных приставов принудительных мер в связи с совершением дисциплинарных правонарушений. Правовой статус дисциплинарных проступков и дисциплинарной ответственности регламентируется трудовым законодательством. За совершение дисциплинарного проступка налагаются дисциплинарные взыскания, являющиеся формой дисциплинарной ответственности: замечание, выговор, строгий выговор. Для судебных приставов — замечание, выговор, строгий выговор, предупреждение о неполном служебном соответствии, понижение в должности, понижение в специальном звании на одну ступень, увольнение из службы судебных приставов. Меры дисциплинарного воздействия, в свою очередь, применяться самостоятельно, вне зависимости от мер административного характера.

В качестве примеров привлечения судебных приставов-исполнителей к дисциплинарной ответственности может быть нарушение обязанностей, предусмотренных Федеральным законом «О судебных приставах». В частности, ч. 1 ст. 12 указанного Закона судебный пристав обязан предпринять все меры по своевременному, полному и правильному исполнению исполнительных документов. Если судебный пристав исполнитель не осуществляет надлежащих мер для исполнения требований исполнительного документа, не принимает к должнику мер принудительного исполнения, вынеся постановление о возбуждении исполнительного производства, прекращает какие-либо исполнительные действия, тем самым он ущемляет права взыскателя и дает возможность должнику избавиться от принадлежащего ему имущества. В данном случае судебный пристав-исполнитель нарушает не только нормы Федерального закона «О судебных приставах», но и корреспондирующие данному положению этой статьи нормы Федерального закона «Об исполнительном производстве».

Вид назначаемого наказания зависит от степени тяжести совершенного нарушения, от вида и характера наступивших последствий. Данные понятия применимы для данной сферы деятельности то есть, как и в уголовном праве, имеет место дифференциация наказания. Понятие тяжести совершенного дисциплинарного проступка охватывает собой условия его совершения, вредные последствия, наступившие результате его совершения. Как и в уголовном праве, применяются меры наказания с учетом характера и степени тяжести совершенного деяния.

Фидуциарная ответственность — это ответственность за действия или последствия действий, совершаемых по должности. Фидуциарная ответственность — особый вид ответственности, которая в отличие от других видов ответственности не регулируется какими-либо законами, постановлениями или документацией, имеющими юрисдикционную силу. Иначе говоря, фидуциарная ответственность — это ответственность, которая не оговорена, не предусмотрена действующим законодательством. Например, милиционер при выполнении своих служебных обязанностей убивает человека. Расследование показывает, что он не превысил своих должностных полномочий, более того, он спасал свою жизнь или жизнь других людей. Тем не менее, формируется определенное негативное мнение по отношению к этому сотруднику, которое не основано на наступлении юридической ответственности. Такое мнение, негативный оттенок отношения к поступку и есть фидуциарная ответственность: законов не преступил, но в действиях лица есть что-то, нарушающее неписанные законы.

Фидуциарная ответственность, на мой взгляд, должна присутствовать в исполнительном производстве, поскольку решения и действия судебных приставов оказывают значительное влияние на общество.

Фидуциарная ответственность — это не последующие наказания и взыскания, а понимание последствий принимаемых решений и действий. Фидуциарная ответственность — это тонкая грань между служебным долгом судебного пристава и вкладом его действий в общественное благополучие, между неотвратимостью исполнения судебных решений и зыбким общественным равновесием. Судебный пристав, проходя по этой грани должен исполнить решение суда или иного органа, но его обычные служебные действия часто взрывают общественное мнение, часто становятся темой обширных публикации не только в российской, но и в зарубежной прессе.

В неявном виде проблема фидуциарной ответственности поднимается в публикациях, посвященных проблемам исполнения судебных решений. Существенной проблемой считается взыскание денег имущества с системооброзующих субъектов экономики, имеющих всероссийское или региональное значение, а также государственных организаций, финансируемых исключительно из бюджетных средств. Если судебные решения по взысканию с этих юридических лиц выполнять бездумно и прямолинейно, пусть даже без каких-либо отклонений от буквы Закона, то последствия могут быть весьма плачевны. Можно представить, например, размер ущерба от остановки в результате ареста и продажи основных и даже оборотных средств предприятии энергоснабжения производства необходимых продуктов питания, лекарств и т. п. Поэтому при обращении взыскания на такие предприятия служба ФССП стремится не наносить ущерб их основной деятельности: арестовывается имущество, не участвующее в процессе производства, отрабатывается дебиторская задолженность, руководителям предприятий-должников предлагается заключить с взыскателями мировые соглашения о рассрочке выплат по долгам. Все это, конечно, не улучшает статистических цифровых показателей, исполнительные производства в отношении таких должников приобретают затяжной характер. Однако, как представляется, что это единственно правильный подход к решению проблем. Именно формированию такого государственного подхода и должно способствовать понимание фидуциарной ответственности.

Например, судебные приставы наложили арест на 22 % из 50,87% акций «Мосэнерго», находящихся в собственности РАО ЕЭС. Это было сделано по требованию межрайонной налоговой инспекции № 40, к которой приписано обеспечение взыскания с РАО задолженности в бюджет Москвы и территориальный дорожный фонд в сумме 2,212 млрд. руб. Представители РАО ЕЭС отреагировали незамедлительно и сообщили, что долг Москвы перед «Мосэнерго», превышает долги РАО ЕЭС перед бюджетом столицы и составляет «порядка 2,5 млрд. руб., а долги некоторых московских предприятий превышают 12млрд.руб.». РАО ЕЭС также обвинил судебных приставов в нарушении постановления пленума Высшего Арбитражного Суда, которым запрещено взыскивать пакеты акций предприятия-должника в первоочередном порядке.

В подобных ситуациях судебные приставы находятся в весьма сложном положении действующего законодательства.

Фидуциарная ответственность должна присутствовать, когда судебный пристав-исполнитель принимает решение в противоречивых условиях. Например, когда по одному объекту принудительного взыскания существует несколько решений суда, часто взаимоисключающих друг друга.

Так, по заводу «Кристалл» было несколько решений, противоречащих друг другу, «Мосэнерго» — восемь исполнительных листов. Такие же решения принимались по предприятиям Челябинской области, Оренбургской и других областей.

Судебный пристав-исполнитель при принятии процессуальных решений по таким делам должен отчетливо понимать меру фидуциарной ответственности, то есть какие решения суда должны быть исполнены и каковы последствия, которые будут иметь место после исполнения решения суда.

Следует отличать фидуциарную ответственность от социальной ответственности. Фидуциарная ответственность — это понимание последствий действий по исполнению решений судов и иных органов для участвующих организаций и заинтересованных лиц. Социальная ответственность — это неукоснительное выполнение своих служебных обязанностей с соблюдением действующего законодательства, создание механизмов правозащиты, как основы гражданского общества, выполнение государственной службой функций, которыми делегированы обществом. И фидуциарная, и социальная ответственности отличаются от юридических видов ответственности тем, что данные виды ответственности не влекут за собой наказаний и взысканий. Тем не менее значимость и осязаемость последствий решений и действий судебных приставов-исполнителей в обществе настолько велика, что введение таких видов ответственности, на мой взгляд, необходима с точки зрения формирования профессионального осознания особенностей деятельности службы судебных приставов.

Таким образом, ответственность по исполнительному праву является сложным комплексным юридическим понятием, многоплановым, объемным и разнохарактерным, что определяется характером исполнительного производства, включающим самые разнообразные действия и процедуры — от принудительных, розыскных мер до реализации арестованного имущества.

Необходимость создания розыскных подразделений в территориальных, городских и районных органах юстиции в помощь дознавателям ФССП

В соответствии со ст.20-41 УПК РФ по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно, дознаватель вправе самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия за исключением случаев, когда на это требуется согласие начальника органа дознания, согласие прокурора или судебное решение.

Следовательно, в ходе производства дознания по уголовному делу дознаватель вправе наряду с другими процессуальными действиями выносить и отдельные поручения для производства оперативно-розыскных действий с целью установления лиц, причастных к совершению преступления, розыска преступников и других обстоятельств совершенного преступления. Используя предоставленное им право выносить отдельные поручения для производства оперативно-розыскной деятельности, дознаватели органов внутренних дел и других органов, наделённых правом осуществления, принимают таким образом все исчерпывающие меры для установления всех обстоятельств по делам их подследственности.

Обязанность органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, исполнять письменные поручения следователя, органа дознания по уголовным делам, принятым ими к производству, предусмотрена п.2 ст.14 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности». Однако органы дознания в службе судебных приставов субъектов Российской Федерации при производстве дознания не могут использовать возможности оперативно-розыскных подразделений, так как последние не созданы в территориальных органах юстиции.

Как показывает практика, лишь при наличии оперативно-розыскных подразделений, тесно взаимодействующих с дознавателями, производящими дознание по конкретному уголовному делу, можно успешно решить поставленные перед ними задачи.

Пытаясь восполнить этот пробел, органы дознания в территориальных органах юстиции ищут формы и методы работы, которые подчас носят непроцессуальный характер. Так, при рассмотрении заявлений и сообщений о совершенном преступлении дознаватели вынуждены сами наводить справки, опрашивать граждан, осуществлять наблюдение за конкретными лицами, обследовать при необходимости транспортные средства и так далее.

Как следует из теории и практики опративно-розыскной деятельности, использование таких форм и методов работы при собирании доказательств выходит за рамки уголовного процесса и фактически является осуществлением гласных и негласных мероприятий оперативно-розыскного характера.

В соответствии с п.4 ст.151 УПК РФ дознаватели службы судебных приставов производят дознание по ч.1 ст.294 УК РФ (воспрепятствование осуществлению правосудия), по ч.1 ст.297 УК РФ(неуважение к суду), по ч.1 ст.311(разглашение сведений о мерах безопасности, применяемых в отношении судьи и участников уголовного процесса), по ст.312 УК РФ(незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации), по ст.315 УК РФ (злостное неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта).

Хочется уточнить, что необходимость осуществления мер по розыску имущества всегда присутствует при расследовании уголовных дел, возбужденных по признакам преступления, предусмотренного ст.312 УК РФ «Незаконные действия в отношении имущества, подвергнутого описи или аресту либо подлежащего конфискации». Однако отсутствие законодательно закреплённого права на проведение оперативно-розыскных мероприятий не позволяет добиться стопроцентной результативности при розыске «исчезнувшего имущества».

Указанные дела, на первый взгляд, не относятся к категории сложных. Однако практика показывает, что и при производстве дознания по данной категории дел необходимо решение ряда тактических задач, связанных с необходимостью получения данных о предполагаемом поведении подозреваемых, обвиняемых на следствии, выдвижение ими версий о склонении ими свидетелей и других лиц к даче ложных показаний, об индивидуальных особенностях подозреваемых, обвиняемых, о наличии конфликтных ситуаций между ними, о сокрытии следов преступления и так далее.

Получение столь необходимых данных в ходе дознания невозможно без наличия оперативно-розыскных подразделений в территориальных органах юстиции, которым орган дознания мог бы поручить проведение оперативно-розыскных мероприятий.

Казалось бы, даже такое важное и необходимое процессуальное действие, как привод подозреваемого, обвиняемого лица, уклоняющегося от явки к дознавателю, последний не может в настоящее время решить на законном основании.

Недостаточно высокий показатель результативности отделов дознания в службе судебных приставов в субъектах Российской федерации еще раз свидетельствует о необходимости создания подразделений, наделенных правом осуществления оперативно-розыскной деятельности.

Как известно, в теории и практике оперативно-розыскной деятельности в зависимости от объекта и характера общественно опасных посягательств проводится её деление по подведомственности, поэтому оперативные подразделения функционируют в составе различных правоохранительных ведомств. С учетом этих обстоятельств определяется и компетенция конкретных оперативных органов.

В соответствии с п.4 ч.3 ст.151 УПК РФ объектом преступлений, по которым проводится дознание дознавателями службы судебных приставов в территориальных органах юстиции, являются общественные отношения, обеспечивающие нормальную и законную деятельность судебных органов, честь и достоинство участников судебного разбирательства, а также общественные отношения, возникающие в процессе исполнения судебных актов. Следовательно, исходя из необходимости защиты перечисленных объектов и должна быть четко определена компетенция оперативных подразделений территориальных органов юстиции.

Немаловажным представляется и другой аспект: для судебных приставов, обеспечивающих установленный порядок деятельности судов, актуальной остаётся проблема выявления и пресечения фактов прямого или косвенного воздействия на судей, попыток воспрепятствования вынесению правосудных решений.

Деятельность розыскных подразделений в территориальных органах юстиции может быть определена как деятельность, направленная на выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений в сфере названных общественных отношений. Таким образом, создание оперативно-розыскных подразделений в органах юстиции Российской Федерации (специализированных отделов или групп в аппаратах службы судебных приставов) позволило бы значительно усовершенствовать и повысить эффективность работы судебных приставов на этом направлении деятельности.

Рациональное развитие системы государственных органов исполнительной власти логично привели к подписанию Указов Президента РФ № 314 от 09.03.2004 г. «О системе и структуре федеральных органов исполнительной власти» и № 1316 от 30.10.2004 г. «Вопросы Федеральной службы судебных приставов». Тем не менее, до настоящего времени не решен вопрос статуса новой Федеральной службы судебных приставов. Кем являются судебные приставы органом государственной гражданской службой либо органом правоохранительной системы. Система органов принудительного исполнения по своему социальному назначению и месту в системе органов государственной власти РФ призвана обеспечить реализацию правовых норм с помощью мер правового принуждения в действия участников правовых отношений. Именно Служба судебных приставов обеспечивает неотвратимость имущественной и иной юридической ответственности должников в гражданском обороте, без чего не возможно решение значительной части экономических проблем современной России. Исполнение судебных актов и актов иных органов, предусмотренных законом – это правоприменительная деятельность специальных субъектов исполнительного производства судебных приставов-исполнителей. Деятельность судебного пристава-исполнителя по применению процессуально правовых норм является публично-правовой, принудительно-исполнительной. В Указе Президента РФ № 1316 от 30.10.2004 г. «Вопросы Федеральной службы судебных приставов» определены полномочия ФССП, в число которых вошли такие специфичные полномочия, как организация розыска должника и его имущества, временное ограничение на выезд должника из Российской Федерации, производство дознания по ряду статей Уголовного Кодекса РФ, административное производство.

Как известно, для функционирования любой судебной системы и системы государственной власти в целом необходимо надлежащее исполнение решений судов и соответствующих органов государственной власти. Ведь какой бы эффективной ни была деятельность судов и иных внесудебных органов, их решения будут носить только декларативный характер в случае отсутствия отлаженной процедуры их исполнения, ибо не может быть признана действенной ст. 2 Конституции Российской Федерации в плане защиты нарушенных прав, если акт юрисдикционного или неюрисдикционного органа своевременно и правильно не исполняется.

Отсутствие в государстве действенного правового механизма, реализующего исполнение, в том числе и принудительное, решений суда и других внесудебных органов, сводит на нет защиту нарушенных прав и законных интересов физических и юридических лиц, снижает авторитет и эффективность указанных органов.

Бесспорно, что наиболее оптимальным результатом является добровольное исполнение актов судов и других органов, но в случае отказа исполнить указанные акты добровольно необходим эффективный механизм, обеспечивающий их принудительное исполнение. Несмотря на то, что современное общество очень заинтересовано в правильном и своевременном исполнении таких актов, вместе с тем процессуальный механизм их принудительного исполнения еще не отвечает в полной мере реалиям сегодняшнего дня.

Безусловно, что принятие Федерального закона от 2 октября 2007 года № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве», вступившем в силу 1 февраля 2008 года, коренным образом изменило систему принудительного исполнения решений юрисдикционных и неюрисдикционных органов в России и послужило основанием для создания самостоятельной, независимой в организационном плане от суда службы судебных приставов-исполнителей.

Однако, несмотря на то, что указанные Федеральные законы действуют уже давно, нарушения при исполнении актов судов и других органов продолжают носить систематический характер, продолжает оставаться низким и процент исполнения актов, на что оказывают влияние пробелы и противоречия в действующем законодательстве. Важным фактором остается высокая нагрузка на одного судебного пристава-исполнителя при осуществлении им профессиональных обязанностей, а также недостаточная профессиональная подготовка.

При росте количества исполнительных производств вместе с тем качество и своевременность исполнения решений продолжает оставаться на низком уровне.

Процесс совершенствования законодательства об исполнительном производстве и системы исполнения должен быть ориентирован на то, что служба судебных приставов остается самостоятельным специализированным органом, содействующим добровольному исполнению и обеспечивающим принудительное исполнение исполнительных документов различных юрисдикционных органов.

В числе первоочередных мер необходимо:

— сохранить организационно-функциональное единство службы судебных приставов;

— изменить квалификационные требования к вновь принимаемым на работу в ФССП судебным приставам-исполнителям: наличие высшего юридического образования, переходный период для работающих судебных приставов-исполнителей — не более 5 лет для получения соответствующего образования;

— ввести должность помощника судебного пристава-исполнителя, так как анализ работы судебного пристава-исполнителя показывает, что около 30 % рабочего времени тратится на работу, непосредственно не связанную с совершением исполнительных действий. Очевидно, что введение такой должности — объективная необходимость, потому что чрезмерная нагрузка на судебных приставов-исполнителей, сложность многих исполнительных производств становятся серьезным препятствием к своевременному восстановлению нарушенных прав и свобод или охраняемых законом интересов.

— развивать практику создания специализированных подразделений судебных приставов в крупных регионах и внутренней специализации судебных приставов-исполнителей;

— исключить из судебной компетенции вопросы бесспорного характера в сфере исполнительного производства, передав их разрешение судебному приставу-исполнителю (с санкции старшего судебного пристава) с последующим обжалованием в соответствующий суд, что позволит повысить оперативность совершения исполнительных действий, поскольку задача судов — последующий, а не предварительный судебный контроль — разрешение споров;

— ввести специализацию судьи по исполнительному производству, к компетенции которого могут быть отнесены следующие вопросы: выдача исполнительных листов и дубликата исполнительного документа; восстановление срока предъявления исполнительного документа к исполнению; разъяснение акта суда, подлежащего исполнению; отсрочка и рассрочка исполнения; изменение способа и порядка исполнения; индексация присужденных денежных сумм; исключение имущества из описи, оперативное рассмотрение заявлений на решения, действия (бездействие) судебных приставов-исполнителей и др.;

— изменить условия оплаты труда судебного пристава-исполнителя с целью мотивации его деятельности по безусловному и своевременному исполнению требований исполнительных документов;

— ввести единую систему критериев оценки эффективности работы судебных приставов-исполнителей и обоснованных нормативов нагрузки.

В заключение можно отметить, что действующие Федеральные законы «Об исполнительном производстве» и «О судебных приставах» являются значительным шагом вперёд в развитии исполнительного законодательства и становлении гражданского исполнительного права. Постепенное их совершенствование с учётом юридической практики, прежде всего судебной, позволит разрешить поставленные здесь и многие другие вопросы, более полно защищать права и интересы участников гражданского оборота, гарантируя их юридическую безопасность
  • -1
  • 02.12.2010, 19:57
  • Владимир Воронов
Обновить список комментариев

Комментарии (1)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.