Найти

Закон и порядок в РФ

Доступная среда глазами прокуратуры или новый способ "кошмарить" предприятия

Расскажу небольшую историю о том как наша прокуратура защищает граждан ни смотря ни на что, даже вопреки интересов этих самых граждан. Летом этого года прокуратура вышла с рейдом по организациям Екатеринбурга: проверялись организации с точки зрения доступности их для инвалидов. Дело, конечно, хорошее, но вот только оказалось, что не для инвалидов все это делалось.
Сразу скажу, что мне сложно будет все это излагать объективно и беспристрастно, поэтому буду стараться приводить больше фактов и меньше своих рассуждений.

Началось все в середине мая. Ко мне пришла директор 9-й гимназии и показала иск прокуратуры (помимо редакторства также работаю юристом у школ и садиков Верх-Исетского района и в том числе защищаю от различных нападок контролирующих органов). В иске – требование установить съемную или переносную платформу для передвижения инвалидов.

– «У вас в школе есть инвалиды?» – спрашиваю я.

– «Есть несколько, но среди них ни одного инвалида-колясочника (с диабетом и т.п.)» – отвечает директор.

– «Может быть, кто-то написал жалобу в прокуратуру?»

– «Так некому писать. Прокуратура вместе с Соцзащитой просто пошли с рейдом по организациям, и дошли до нас».

Понятно, будем работать, будем выяснять. Если это действительно нужно, возможно, придется ставить.

Эпизод 1. Май. Жара. Верх-Исетский районный суд. Судья Некрасова. В суд пришла помощник прокурора, поддержала исковые требования, правда о необходимости установки подъемника дать пояснения не смогла, после суда в коридоре при нас позвонила другому помощнику, что составляла иск, с вопросом на каких основаниях он был составлен. Судья во время процесса нас отчитывает, что мы не соблюдаем права инвалидов. О программе «Доступная среда» и о том, что в районе есть школы, которые в нее попадают, нас слушать не хотят.

Эпизод 2. 1 июня, день защиты детей, что символично. Тот же суд, та же судья. Помощник прокурора уже другая, та, которая составляла иск (Железнова А.Г.). Пытаемся выяснить у нее, что именно предлагают установить, технические характеристики, когда, а самое главное для кого. Ничего не поясняет, мол, сами должны думать. А как будет исполняться решение суда, не понятно. Просим привлечь третьими лицами пожарников, орган по охране памятников архитектуры (а здание гимназии как раз таковым и является, и если что-то в нем устанавливается и переоборудуется, нужно согласовывать с ними) и саму соцзащиту, чтобы пояснили что именно устанавливается (одно дело стационарный подъемник, для которого нужно производить переоборудование лестниц, другое дело – переносной). Доводы о том, что в гимназии нет детей, которые передвигаются на инвалидной коляске, нет, и что дорогостоящее оборудование будет простаивать, не принимаются.

Эпизод 3. Середина июня, опять жара, опять Некрасова. Прокуратура так и не определилась, чего она хочет. Попыталась поговорить с представителем:

– «Давайте попробуем найти какой-то компромисс, Вы можете организовать встречу с прокурором?»

– «Не знаю, может быть».

– «Дайте свой телефон, я Вам позвоню, мы договоримся о встрече, обсудим как можно в мирном порядке учесть все интересы».

– «У меня в кабинете телефона нет. А сотовый я не дам» – отрезала Железнова.

– «А как же тогда свяжемся?»

– «Оставьте свой телефон. Я позвоню сама».

Не позвонила. Видимо, желания решить что-то мирно нет, надо выиграть суд, записать в отчет со всеми вытекающими последствиями.

Некрасова уже более благосклонна к нам, недовольство перешло на представителя прокуратуры из-за того, что не может никак конкретизировать требования и предоставить обоснование. Из Минкультуры (они сейчас являются органом по охране памятников) не пришли, но предоставили развернутый отзыв, где говорят, что трогать памятник архитектуры нельзя (а 9 гимназия является таковым). МЧС тоже написали, что установка стационарных подъемников будет сужать пути эвакуации и недопустима по противопожарным соображениям.

Остался вариант с переносным подъемником, но еще нужно выяснить какой именно, а прокуратура ничего пояснять не хочет.

Некрасова с явным облегчением передала дело другой судье – Нецветаевой и благополучно ушла в отпуск.

После суда я специально съездила в прокуратуру Верх-Исетского района, посмотреть, как у них обеспечен доступ на второй этаж для инвалидов. Конечно же, никаких подъемников не обнаружилось. Собственно вот та лестница, которая ведет на второй этаж, где находится и приемная граждан:
http://www.youtube.com/watch?v=ZSLkIFhaklc&feature=player_embedded
Но увы, то обстоятельство, что «в чужом глазу соринку замечают, а в своем – бревна не видят», как юридический довод в суде не использовать.

Эпизод 4. 28 июня. Четвертое заседание, опять жара… Судья уже другая – Нецветаева. Видно, что разбирается в теме, задает вопросы по технической стороне, но опять же пояснить их некому. Ждем соцзащиту, но они пришли только после судебного заседания (потерялись из-за смены судьи), уже в коридоре пояснили, что настаивают на переносном подъемнике (что это такое можно посмотреть, например, тут www.obltv.ru/news/society/invalidy-kolyasochniki-proverili-iskusstvo-na-dostupnost-/). Задаю вопрос помощнику прокурора, знает ли она о том, что в нашем городе есть общественные организации инвалидов, например, «Свободное движение», возможно, было бы правильно согласовать техническую сторону исковых требований с ними. Работник прокуратуры не воодушевилась этой идеей, сказала, что это все это излишне, надо исполнять требования закона и точка.

Думаю ну все, в следующее заседание вынесут решение, купим мы этот подъемник за 250 т.р., и будет он валяться в кладовке.

Решила, что надо попробовать самим установить связь с теми, в чьих интересах выступает прокуратура. Нашла контакты Елены Леонтьевой – председателя общественной организации инвалидов-колясочников «Свободное движение» (http://svbdv.ru/). Мы все устали от заседаний, захотелось уже конструктива в суде, чтобы кто-то пояснил все технические вопросы и в целом – целесообразность именно таких мер. Написала письмо с просьбой прокомментировать ситуацию.

Незадолго до следующего суда Елена Геннадьевна позвонила сама. Она является признанным экспертом по доступной среде, и через нее проходят все проекты на строительство и реконструкцию общественных зданий и сооружений. Оказывается, с такими рейдами соцзащиты с прокуратурой сталкиваться приходилось не раз. И не раз приходилось выступать в суде, причем, как это ни абсурдно, не на стороне соцзащиты, а на стороне тех, к кому пришли с проверкой. Как и в нашем случае, обычно с проверкой приходят не по жалобе конкретного инвалида, а по какому-то своему внутреннему плану. В тех же случаях, когда реально нужна помощь и вмешательство этих органов, они попросту не реагируют (так, в одной из гимназий Екатеринбурга на Ботанике ребенок-инвалид проучился восемь лет, и все эти годы его таскали по лестницам вручную, ни на какие жалобы реакции не было, хотя писались они неоднократно все эти года). Рассказала Е.Г. Леонтьева и о программе «Доступная среда», в нее включены несколько школ, и именно в них в первую очередь идет финансирование на оснащение нужным оборудованием. Кончено, не все происходит так, как хотелось бы, то же Управление образования бывает препятствует разработке проектов с доступностью для маломобильных групп населения. Но все же, работа идет, хотя и постепенно. Что касается установки подъемника, так это не та мера, которая может решить проблему. Тот же мобильный подъемник подходит далеко не для всех колясок. Об этом нужно думать при реконструкции и устанавливать лифт.

Эпизод 5. Финал. 12 июля. Пятое судебное заседание. Елена Геннадьевна согласилась поучаствовать в судебном заседании как специалист-эксперт по доступной среде. Беспокоюсь об организационном моменте – как же мы попадем на пятый этаж в здание суда. Кто был на Малышева, 2б, знает, что там крутая лестница, ведущая к входу, по которой ходить-то зимой страшно. Лифт очень узкий. В ходатайстве о привлечении третьего лица на всякий случай написала о необходимости обеспечить доступ (желательно на первом этаже). Хотя суд назначили все равно на пятом этаже, добрались мы до него благополучно. Приставы помогли поднять инвалидную коляску по лестницам, и в лифт она вошла (правда, это, оказывается, специальная узкая модель, другие в такие узкие лифты не проходят).

А дальше было уже последнее, изнурительное, еще более жаркое и душное, но зато наконец-то конструктивное судебное заседание. Прокуратура стояла на своем, правда, уже снова просила установить стационарный подъемник на все лестницы. Минкультуры со своей позиции были против, т.к. это памятник архитектуры. Мы с юристом Управления образования возражали, что в бюджете не заложены деньги на гимназию № 9, т.к. они предусмотрены для других школ, попадающих в программу «Доступная среда». Решающим было мнение Е.Г. Леонтьевой, высказавшейся и по технической стороне вопроса (например, о том, что мобильный подъемник проблему не решит, т.к. не подходит для электрических колясок и колясок без ручек и с низкой спинкой), и том, что должна быть разумность заявленных требований, что нужно учитывать мнение тех, в защиту которых выступает прокуратура, видеть за этим конкретную человеческую судьбу. А это означает, что прежде всего бюджетные деньги нужно направлять в те учреждения, где в этом действительно есть потребность, где учатся такие дети. Надо сказать, что досталось всем: и Управлению образования за новую школу в Академическом, где почему-то убрали лифты из проекта, и прокуратуре, за то, что не выясняют реальные интересы инвалидов при контрольно-надзорных мероприятиях.

Мнение было услышано и принято судом.

Эпилог.

Проблема эта многогранная, и не место ее решать в суде. Благо, что этот эпизод с судом завершился. Жалко только столько времени, которое потратили и мы, и судейский аппарат. Очередной пример бессмысленного иска. Хотя нет, смысл в этом, наверное, был, но скорей для отдельных работников прокуратуры, и явно отличный от каких-то общественно-полезных интересов.

Ну да ладно, все, что ни происходит, все к лучшему. Зато подняли важную тему, не знаю как остальные участники процесса (а их было много, учитывая всех третьих лиц), но лично я стала по-другому смотреть на здания, окружающие нас.

Источник: Правовая газета «Статус»
Обновить список комментариев

Комментарии (9)

Вставка изображения

Файл не выбран

Выберите файл
  • научный сотрудник, Институт проблем правоприменения
    • 17 июля 2012, 01:06
    Не очень понятно из текста какое именно решение принято. Но если прокуратуре отказали, то можно констатировать, что вы помешали прокуратуре выполнить план. Сейчас они будут искать другую жертву…

      • Михаил, прокуратуре отказали в удовлетворении требований. Вы правы, этот же помощник прокурора пошла с новым рейдом, но уже по другим причинам.
        Вот что с такими делать? Как можно повлиять на такой явный непрофессионализм. Жаловаться в вышестоящие прокуратуры? А будут ли там это рассматривать или кинут в общую кучу…

      • научный сотрудник, Институт проблем правоприменения
        • 17 июля 2012, 13:51
        Юлия, что Вы называете непрофессонализмом? В этой системе профессинализмом является умение отключить эмоции и выполнять задачу. Задача может быть разной от выполнения плана, до мочить, но всегда это выражается в командах. Можешь в течении рабочего дня ломать судьбы, прикрыаясь абстрактными нормами формальной законности, а вечером спокойно читать детям книжку — работаешь и считаешься профессионалом. Не можешь уходишь.
        Вторая часть вашего вопроса скорее философский вопрос. Но если не подыматься до таких обобщений, то наверное есть два пути. 1) смириться и сыграть роль жертвы до конца (есть шанс что придут потом еще раз). 2) Сопротивляться. В этом разрезе действенным способом будет писать жалобы с требованием выполнить ровно те же требования прокуратуре. А после их отказа обжаловать это в вышестояющую прокурутуру и в суд. Но тут понятно без гарантии.

        • А был ли смысл отбиваться от требований прокуратуры? Школа на бюджете. Выделят деньги на подъемники — установите, не выделят — не установите и ничего вам не будет.
          Думаю суд по таким искам не может влезать в бюджетный процесс и обязывать б/учреждения производить какие-то расходы.
          Вот с частными организациями — милое дело. Знаете как в том числе через суды пожарники, к примеру, кормятся?

            • Алексей Львович, суд может обязывать и обязывает и бюджетные, и казённые, и автономные учреждения, если они не совершают действий или не соответствуют требованиям, которые установлены источником права. То обстоятельство, что бюджетное учреждение финансируется публично-правовым образованием, не освобождает его от исполнения требований, основанных на законе. Суд не изобретает каких-то новых расходных обязательств бюджета какого-либо уровня; он не указывает на источник финансирования, а лишь требует обеспечить то, что и так должно быть оплачено по закону. Возражения представителей бюджетных учреждений о том, что у них отсутствуют денежные средства на исполнение договорного обязательства или требования закона («не выделили»), а поэтому в удовлетворении иска к ним следует отказать, — меня всегда удивляют такие возражения: у нас ведь гражданский оборот со всеми действующими принципами гражданского права, а не развитой социализм, где могут «не выделить» или «недодать». Хотя должен признать, что в последнее время стал рассматривать дела с участием бюджетных учреждений более терпеливо, чем раньше. Наверное, потому что сильно раздражает качество направляемых уголовных дел.

                • Если суд обяжет школу что-либо воздвигнуть, то прямого исполнения решения можно и не добиться.
                  И еще один момент — статья обещает рассказать о способе кошмарить предприятия, а приводится пример бюджетного учреждения, которое особо не покошмаришь.

                    • Совершенно очевидно, что удовлетворение исковых требований судом и исполнение этого решения – это далеко не одно и то же. Приведённое вами обстоятельство справедливо не только для бюджетных учреждений, но и для многих обществ с ограниченной ответственностью, у которых в действительности отсутствует обособленное имущество.

                      Согласен с вашими соображениями о противоречии между названием статьи и её содержанием.

                • Вы молодец! Не у каждого хватит терпения, воли и профессионализма бороться объяснить представителям властных структур что черное — это черное, а белое — это белое.
                  А у помощников прокурора, как было отмечено выше, выбор один: либо подчиняться требованиям руководства и вносить свой вклад работу «палочной» системы, либо увольняться, но тогда на это место тут же придет другой, как правило, менее принципиальный человек. Ведь не по своей же инициативе они (помощники) проводят эти рейды: план Москвы — на его основе план субъекта — планы на местах.

                    • Про палочную систему — абсолютно верно. Именно в погоне за «палками» причина таких прокурорских требований, а не в заботе о людях. То же самое в МВД: и реформировали, и переименовали, и форму новую придумали, вот только «палки» «забыли» отменить. Поэтому воз и ныне там.

                    Только зарегистрированные и авторизованные пользователи могут оставлять комментарии.