Обращаться с исками о признании права собственности в арбитражный суд, приходится и тогда, когда лица, не могут во внесудебном порядке зарегистрировать за собой право собственности на купленную недвижимость.

Это происходит из-за отсутствия в договоре купли – продажи и обязательных приложениях к нему данных, подтверждающих факт исполнения обязательств по договору и содержащих техническое описание недвижимости, четких характеристик, позволяющих идентифицировать такие объекты в соответствии с требованиями, Федерального закона от 21.07.1997 №122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним».

Президиум Высшего Арбитражного Суда сформулировал правовую позицию по вопросу, который на первый взгляд кажется небольшим и не очень значимым. Но это решение отныне закрывает для недобросовестных предпринимателей лазейку в нечетко сформулированных нормах Гражданского Кодекса РФ об исполнении обязательства третьим лицом за должника.

В рассматриваемом деле лизинговая компания должна была передать лизингополучателю грузовые автомобили после внесения лизингополучателем задатка, эквивалентного сумме более одного миллиона долларов США. В день заключения сделки третье лицо перечислило лизинговой компании 28,5 млн. рублей платежным поручением, в назначении которого была ссылка на письмо, номер и дату лизингового договора и указание на то, что платеж осуществляется за лизингополучателя. На следующий день лизинговая компания передала лизингополучателю технику согласно условиям договора. Примерно через полтора месяца плательщик письмом потребовал от лизинговой компании возвратить 28,5 млн.рублей, якобы перечисленные по ошибке. После того, как лизинговая компании отказалась возвращать эту сумму, плательщик обратился в суд с иском о взыскании неосновательного обогащения с лизинговой компании.

Суд первой инстанции удовлетворил требование плательщика, указав, что лизинговая компания не предоставила документа, которым лизингополучатель возложил обязанность по уплате задатка на плательщика. Суд также учел, что лизингополучатель и плательщик отрицали факт возложения такой обязанности. Исходя из этого, суд взыскал с лизинговой компании сумму задатка и проценты за пользование чужими денежными средствами.

Суд апелляционной инстанции не согласился с решением суда первой инстанции, указав в частности, что исполнение обязанности по уплате задатка не нарушило прав лизингополучателя; кредитор действовал в сложившихся обстоятельствах разумно и добросовестно; плательщик был достоверно осведомлен об обязательстве, связывающем должника и кредитора. Исходя из этого апелляционный суд пришел к выводу, что платеж, совершенный третьим лицом добросовестному кредитору, не привел к образованию на его стороне неосновательного обогащения и в связи с этим отказал в иске.

Суд кассационной инстанции не согласился с апелляционным судом, отменил его постановление и оставил в силе решение первой инстанции.

В своих выводах Президиум ВАС РФ указал, что судами первой и кассационной инстанций не учтено следующее. В соответствии с пунктом 1 статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом. По смыслу данной нормы должник вправе исполнить обязательство, не требующее личного исполнения, самостоятельно или, не запрашивая согласия кредитора, передать исполнение третьему лицу. Праву должника возложить исполнение на третье лицо корреспондирует обязанность кредитора принять соответствующее исполнение. При этом закон не наделяет добросовестного кредитора, не имеющего материального интереса ни в исследовании сложившихся между третьим лицом и должником отношений, ни в установлении мотивов, побудивших должника перепоручить исполнение своего обязательства другому лицу, полномочиями по проверке того, действительно ли имело место возложение должником исполнения обязательства на третье лицо. Следовательно, не может быть признано ненадлежащим исполнение добросовестному кредитору, который принял как причитающееся с должника предложенное третьим лицом, если кредитор не знал и не мог знать об отсутствии факта возложения исполнения обязательства на предоставившее исполнение лицо и при этом исполнением не были нарушены права и законные интересы должника. Поскольку в этом случае исполнение кредитором принимается правомерно, к нему не могут быть применены положения статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, а значит, сама по себе последующая констатация отсутствия соглашения между должником и третьим лицом о возложении исполнения на третье лицо не свидетельствует о возникновении на стороне добросовестного кредитора неосновательного обогащения в виде полученного в качестве исполнения от третьего лица.

Апелляционный суд верно установил, что плательщик продемонстрировал осведомленность об обязательстве между лизинговой компанией и лизингополучателем, указав в назначении платежа номер и дату договора, а также указав на то, что платеж осуществляется за лизингополучателя. Кроме того сумма и дата платежа соотносились с условиями лизингового договора. В данных условиях лизинговой компании было разумно предположить осуществление исполнения плательщиком с согласия лизингополучателя.

Постановление содержит указание на то, что содержащееся в нем толкование правовых норм является общеобязательным и подлежит применению при рассмотрении арбитражными судами аналогичных дел.

В силу п.2 ч.1 ст.150 АПК РФ арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что имеется вступивший в законную силу принятый по спору между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт арбитражного суда, суда общей юрисдикции или компетентного суда иностранного государства, за исключением случаев, если арбитражный суд отказал в признании и приведении в исполнение решения иностранного суда.

Прекращая производство по делу по указанному основанию арбитражный суд должен установить тождественность исковых требований.

Белгородская область — один из самых молодых регионов Российской Федерации.

В своих нынешних административно-территориальных границах она образована в 1954 году.

В электронных и печатных СМИ регулярно выходят сообщения о тех или иных аспектах деятельности Арбитражного суда Белгородской области, разъяснения и комментарии по конкретным вопросам и решениям.

Информация о работе Арбитражного суда Белгородской области размещается на официальном сайте арбитражного суда в сети Интернет по адресу: www.belgorod.arbitr.ru/

Право хозяйственного ведения и право оперативного управления относятся к вещным правам лиц, не являющихся собственниками, и защищаются в порядке, предусмотренном cт. 305 ГК РФ (cт. 216 ГК РФ).

Какие же обстоятельства следует учитывать истцам при обращении в арбитражный суд за защитой от нарушения права хозяйственного ведения или оперативного управления.

При удовлетворении судом иска лица, владеющего имуществом на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, в резолютивной части решения не укажут собственника недвижимости, пристав вынужден будет обратиться в арбитражный суд с заявлением о разъяснении такого решения.

Так как, при представлении в уполномоченный орган в качестве основания для государственной регистрации решения суда заявителю может быть отказано в государственной регистрации права.

При обращении в арбитражный суд с исками о признании вещных прав на недвижимое имущество одна из основных задач истца состоит в представлении суду доказательств того, что объект, на который истец хочет признать право, является объектом недвижимости.

Какими доказательствами это можно подтвердить?

Лицо обратилось в арбитражный суд с иском о взыскании с ответчика суммы неосновательного обогащения.

Ссылается на то, что ответчик, фактически используя земельный участок без оформления документов в установленном законом порядке с момента приобретения ответчиком в собственность по договору купли-продажи объекта недвижимого имущества, расположенного на спорном земельном участке и по настоящее время.

Подлежит ли удовлетворению в арбитражном суде данное требование?

При заключении договора на приобретение спорного земельного участка в собственность в порядке пункта 1 статьи 36 ЗК РФ, между сторонами возникли разногласия по определению выкупной цене земельного участка.

Спор передан на его рассмотрение арбитражного суда по соглашению сторон, так как ответчик считает, что выкупная цена земельного участка по договору купли-продажи должна определяться на основании действующих, на момент его заключения законов и нормативных правовых актов, истец настаивает на том, что определении выкупной цены, должна применяться ставка, земельного налога действующая на момент подачи заявления о выкупе земельного участка.