Пишем про законы на практике, их соблюдение или несоблюдение, а также про противозаконные действия.
  • Дата создания
    2 декабря 2010

ООО ЮК «Юридиция» →  Конституционный суд указал на недопустимость бессрочного включения лесопользователей в реестр недобросовестных арендаторов

21 апреля Конституционный суд РФ провозгласил Постановление по делу о проверке конституционности статьи 98.1 Лесного кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью «Горизонт».
Дело рассматривалось ещё в марте. До этого золотодобывающая компания «Горизонт» безуспешно пыталась добиться исключения себя из реестра недобросовестных арендаторов лесных участков.

В 2018 году она была включена в данный реестр в связи с решением Арбитражного суда Амурской области, которое было вынесено в пользу заявителя, Министерства лесного хозяйства и пожарной безопасности. Решением суда договор аренды лесного участка с обществом был расторгнут в связи с ненадлежащим исполнением обязанностей по оплате.
Компания задолженность по оплате погасила и обратилась в Арбитражный суд города Москвы с требованием к Рослесхозу об исключении из реестра недобросовестных арендаторов. В удовлетворении требования было отказано арбитражными судами всех инстанций, в которые заявитель продолжал обращаться.

В обоснование своих требований ООО «Горизонт» указало, что в Лесном кодексе Российской Федерации отсутствуют положения о сроке, на который сведения о лесопользователе включаются в реестр недобросовестных арендаторов лесных участков, а значит, разместив их в реестре, Рослесхоз бессрочно лишил компанию возможности пользоваться лесами за нарушение гражданско-правовых обязательств. Дело в том, что согласно Лесному кодексу заключение с лицом, сведения о котором содержатся в реестре недобросовестных арендаторов, договоров аренды (или купли-продажи) лесных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, не допускается, а сама возможность исключения из реестра законодательством не регламентирована.
В этой связи заявитель обратился в Конституционный Суд РФ с просьбой признать неконституционными положения, которые бессрочно ограничивают предпринимателей в возможности арендовать лесные участки. По мнению ООО «Горизонт», оспариваемое законоположение (статья 98.1 Лесного кодекса) не соответствует статьям 19 и 55 (часть 3) Конституции РФ.

В свою очередь, Конституционный суд отметил, что законодателю необходимо обеспечивать защиту лесов, но не препятствовать рациональному использованию этого ресурса. При этом КС РФ учёл, что в первоначальной редакции оспариваемой статьи оговаривалась обязательность утверждения Правительством РФ не только порядка внесения соответствующей информации в реестр, но и исключения из него. Однако в действующем Лесном кодексе РФ отсутствуют положения о сроке, на который информация о соответствующем арендаторе подлежит включению в реестр недобросовестных арендаторов лесных участков и покупателей лесных насаждений.
На практике это привело к тому, что ограничения приобрели безоговорочный и бессрочный характер, что не вполне обосновано. Например, для аналогичных реестров, сформированных в соответствии с требованиями Водного и Земельного кодексов, определён двухлетний срок, по истечении которого внесённые в реестр сведения должны из него исключаться.
Безусловно, законодатель вправе избрать и иные обоснованные сроки хранения подобной информации и даже дифференцировать их, но полное отсутствие таких сроков, по мнению Конституционного суда, не согласуется с фундаментальными правовыми принципами, из которых вытекает необходимость обеспечения государством соразмерности между используемыми средствами и преследуемой целью с тем, чтобы лицо не подвергалось чрезмерному обременению. Иначе, как говорится в Постановлении, такой реестр может превратиться в инструмент подавления экономической самостоятельности и инициативы, сопряжённый с избыточным ограничением свободы предпринимательства, что противоречит принципу справедливости и не соответствует Конституции РФ.

По результатам изучения всех аспектов дела Конституционный суд признал статью 98.1 Лесного кодекса не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой данная норма допускает бессрочное ограничение прав арендаторов лесных участков и покупателей лесных насаждений.
В целях корректировки действующего порядка федеральному законодателю надлежит не позднее 1 января 2021 года внести в Лесной кодекс необходимые изменения, а дело заявителя подлежит пересмотру уже после внесения соответствующих законодательных изменений.

Виктория Бурла

23 апреля 2020 года

ООО ЮК «Юридиция» →  Верховный суд разъяснил, является ли COVID-19 форс-мажором, и другие вопросы применения актуального законодательства

21 апреля Верховный суд РФ дал очень важные разъяснения по целому ряду вопросов, связанных с применением действующего законодательства. В последние два месяца принято значительное число законодательных изменений, направленных на противодействие распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19). В этой связи многие правоприменители столкнулись с необходимостью перестраивать привычную практику с учётом новелл.
У судов, в частности, не было единого понимания эпидемиологической ситуации с точки зрения её юридически значимых последствий. Предпринимательское сообщество также недоумевало, можно ли считать COVID-19 форс-мажором, ведь несмотря на то, что подобные обстоятельства прямо не называются законом непреодолимой силой, на практике новая коронавирусная инфекция стала реальным препятствием при реализации целого ряда финансовых и социальных обязательств.
Итак, в этом материале мы изучаем Обзор Верховного суда по отдельным вопросам судебной практики, связанным с применением законодательства и мер по противодействию распространению на территории Российской Федерации новой коронавирусной инфекции (COVID-19).

Все вопросы в Обзоре структурированы по тематическим блокам. Первым делом ВС РФ прояснил некоторые аспекты применения процессуального законодательства.
Относительно возможности отложения, приостановления и продления срока рассмотрения судебного разбирательства в условиях COVID-19 высшая судебная инстанция пояснила, что поскольку принятые законодательные изменения не позволяют гражданам свободно перемещаться и находиться в общественных местах и государственных структурах, это положение может служить основанием для отложения судебного разбирательства в силу статьи 169 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 152 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, а также части 1 статьи 253 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.
Суды, в том числе арбитражный суд, вправе также приостановить производство по делу, если лица, участвующие в деле (в уголовном процессе — обвиняемый и подсудимый), лишены возможности присутствовать в судебном заседании. Продлевать срок рассмотрения дела в нынешних условиях также допускается, но только решением председателя суда или его заместителя.
При этом Верховный суд отметил, что вопрос об отложении, приостановлении производства или о продлении процессуальных сроков суды будут решать самостоятельно в зависимости от конкретного дела. Стандартными критериями здесь будут возможность рассмотрения дела без участвующих лиц, а также безотлагательность рассмотрения.
По поводу объявленных Президентом нерабочих дней и их влияния на течение процессуальных сроков Верховный суд разъяснил, что этот период подлежит включению в процессуальные сроки, а перенос дня окончания процессуальных сроков на следующий за этими днями рабочий день не допускается. Дело в том, что указы Президента об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней не распространяются на федеральные органы государственной власти, поэтому природа этих нерабочих дней не совсем классическая и последствия особенные.
Кроме того, если гражданин вследствие режима самоизоляции пропустил процессуальные сроки, это будет считаться пропуском по уважительной причине, и сроки будут подлежать восстановлению в соответствии с процессуальным законодательством.

Относительно порядка применения гражданского законодательства Верховный суд также дал ряд разъяснений. Это самый крупный блок Обзора. Пожалуй, сравниться с ним по объёму может только заключительный блок по вопросам применения законодательства об административных правонарушениях.
Много вопросов по поводу течения сроков. Например, какие последствия, если последний день срока исполнения обязательства или срока исковой давности приходится на день, объявленный Главой государства нерабочим. Здесь Верховный суд подтвердил высказанную выше позицию о природе «коронавирусных выходных». Они не могут считаться нерабочими днями в смысле, придаваемом этому понятию ГК РФ и трудовым правом. Это вынужденная мера, направленная на защиту здоровья населения и не носящая повсеместный характер. Поэтому каждый случай следует рассматривать индивидуально, в зависимости от региона и наличия реальной возможности исполнения обязательств. Иначе возможны злоупотребления этой причиной.
Важно, что при этом ВС РФ подчеркнул, что если в условиях распространения новой коронавирусной инфекции будут установлены обстоятельства непреодолимой силы по правилам пункта 3 статьи 401 ГК РФ, то необходимо учитывать, что наступление таких обстоятельств само по себе не прекращает обязательство должника, если исполнение остается возможным после того, как они отпали. Должник не несёт ответственности за просрочку исполнения обязательства, возникшую вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы, а кредитор не лишён права отказаться от договора, если вследствие просрочки, возникшей в связи с наступлением обстоятельств непреодолимой силы, он утратил интерес в исполнении. При этом должник не отвечает перед кредитором за убытки, причинённые просрочкой исполнения обязательств вследствие наступления обстоятельств непреодолимой силы.
То есть здесь Верховный суд дал, пожалуй, самое долгожданное разъяснение: является ли коронавирус форс-мажором, непреодолимой силой? ВС РФ довольно аккуратно пояснил, что критерии, при которых то или иное обстоятельство может быть признано обстоятельством непреодолимой силы, закреплены в статье 401 ГК РФ, а также напомнил о постановлении Пленума от 24 марта 2016 года № 7, в котором дано толкование обстоятельств непреодолимой силы.
Суд подтвердил требование ГК о чрезвычайном и непредотвратимом характере таких обстоятельств, заметив, что признание распространения новой коронавирусной инфекции обстоятельством непреодолимой силы не может быть универсальным для всех категорий должников, независимо от типа их деятельности, условий её осуществления, в том числе региона, в котором действует организация, в силу чего существование обстоятельств непреодолимой силы должно быть установлено с учётом обстоятельств конкретного дела.
Возможно, предприниматели ждали более однозначного ответа, но Верховный суд фактически сказал так: «Автоматически, только по факту, коронавирусная ситуация не будет являться форс-мажором. Но в каждом конкретном деле разберутся суды». В общем, надежда есть.
Судам предстоит также самостоятельно и индивидуально решать вопросы восстановления и приостановления сроков исковой давности, руководствуясь Гражданским кодексом и собственным убеждением.

По поводу применения законодательства о банкротстве Верховный суд высказался, в частности, о введённом моратории на банкротство. Если лицо-должник включено в перечень лиц, на которых распространяется мораторий, заявления кредитора о признании должника банкротом будет возвращаться арбитражным судом в силу прямого требования закона. При этом в условиях введённого моратория исполнительные производства могут приостанавливаться, и сохранение арестов допускается, именно поэтому суды могут продолжать выдавать исполнительные листы.

Отдельный блок Обзора — вопросы применения уголовного законодательства. Здесь Верховный суд однозначно подтвердил, что обстоятельства распространения новой коронавирусной инфекции относятся к обстоятельствам, представляющим угрозу жизни и безопасности граждан в смысле примечаний к статье 207.1 Уголовного кодекса Российской Федерации и к статье 13.15 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.
А вот любопытный вопрос, каковы критерии разграничения административной и уголовной ответственности за распространение недостоверных сведений о COVID-19? Высший судебный орган отметил важность двух факторов: публичное распространение и заведомая ложность информации, связанной с новой коронавирусной инфекцией. И, конечно, общественная опасность деяния. В этом случае оно будет квалифицировано как преступление.
При этом ВС РФ отметил, что лицо не может быть привлечено к уголовной ответственности за распространение заведомо ложной информации, указанной в диспозициях статьи 207.1 или статьи 207.2 УК РФ, если деяние совершено до вступления в силу Федерального закона от 1 апреля 2020 года № 100-ФЗ, то есть до 1 апреля 2020 года.
И это совершенно справедливо, именно так работает принцип недопустимости обратной силы закона, ухудшающего положение человека.

Наконец, заключительная подборка вопросов о применении законодательства об административных правонарушениях.
Здесь в числе прочего Верховный суд разъяснил, что административные правонарушения, ответственность за которые установлена частью 1 статьи 20.6.1 КоАП РФ, являются длящимися, поэтому срок давности привлечения к административной ответственности за совершение таких правонарушений составляет 3 месяца и исчисляется с момента их обнаружения. Местом совершения административных правонарушений данной категории является место их выявления.
Относительно лиц, которые подлежат административной ответственности по части 2 статьи 6.3 КоАП РФ в связи с угрозой распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) ВС РФ пояснил, что это лица с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, прибывшие на территорию Российской Федерации, в том числе, из государства, эпидемически неблагополучного по коронавирусной инфекции, лица, находящиеся или находившиеся в контакте с источником заболевания, в контакте с лицами с подозрением на наличие заразной формы инфекционного заболевания, лица, уклоняющиеся от лечения опасного инфекционного заболевания, нарушающие санитарно-противоэпидемический режим, а также не выполнившие в установленный срок законное предписание (постановление) или требование органа (должностного лица), осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.
Протоколы по таким делам вправе составлять должностные лица органов внутренних дел (полиции) и органов, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Вот такой детальный Обзор сделал Верховный суд России. В этом материале мы остановились на самых острых и важных моментах, поэтому очень рекомендуем самостоятельно ознакомиться с полным текстом Обзора.
Берегите себя и своих близких и соблюдайте закон.

Виктория Бурла
для компании «Юридиция»

22 апреля 2020 года

ООО ЮК «Юридиция» →  Конституционный суд признал неконституционной норму о включении неактуального участника АО в реестр недобросовестных поставщиков

9 апреля 2020 года Конституционный Суд РФ принял Постановление № 16-П «По делу о проверке конституционности пункта 2 части 3 статьи 104 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» в связи с жалобой гражданина В. В. Сонина».

В соответствии с решением органа конституционного контроля пункт 2 части 3 статьи 104 Федерального закона «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» признан не соответствующим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он позволяет включать в реестр недобросовестных поставщиков информацию о физических лицах-учредителях юридического лица (акционерного общества), которые не являются его участниками (акционерами) к моменту заключения и исполнения этим юридическим лицом контракта в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд.

Гражданин, ранее выступавший в качестве учредителя АО, был включён в реестр недобросовестных поставщиков несмотря на то, что до заключения обществом спорного государственного контракта он вышел из его состава. Заявитель обращался в Арбитражный суд города Москвы, но ему было отказано в удовлетворении требований к Федеральной антимонопольной службе о неправомерности включения в реестр недобросовестных поставщиков сведений об акционерном обществе, в том числе о его учредителях.

Вышестоящие суды оставили решение арбитражного суда первой инстанции без изменения. Суды ссылались на Федеральный закон «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», который предусматривает необходимость включения в реестр такого рода информации.

В жалобе в адрес Конституционного суда гражданин отметил, что положение Закона, а именно пункт 2 части 3 статьи 104, по смыслу, придаваемому ему правоприменительной практикой, не позволяет осуществлять защиту нарушенных прав и деловой репутации, а возможность реализации права на защиту ставит в зависимость от обстоятельств, на которые лицо не может повлиять или которые не может изменить. Это, по мнению заявителя, не соответствует целому ряду норм Конституции Российской Федерации (статьям 5 (часть 3), 6 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 55 (часть 3) и 123 (часть 3)).

Конституционный Суд РФ признал спорную норму неконституционной в той мере, в какой она позволяет включать в реестр недобросовестных поставщиков учредителей юридического лица, которые не были его участниками или акционерами к моменту заключения и исполнения контрактов по рассматриваемому Закону. В качестве аргумента суд привёл довод о том, что если учредитель вышел из состава общества, он уже не может влиять на его деятельность, а значит для него не должны наступать правовые последствия в случае исполнения контракта с существенным нарушением условий и в других подобных случаях. Иначе нарушается право лица на гарантию надлежащей защиты прав и законных интересов.

В свою очередь, судам, рассматривавшим дело гражданина, надлежало выяснить возможности корпоративного влияния учредителя на общество, а также своевременность подачи им сведений о выходе в регистрирующий орган, поскольку информация в реестр недобросовестных поставщиков поступает из единого государственного реестра юридических лиц.

В этой связи Конституционный суд также постановил, что судебные решения в отношении гражданина подлежат пересмотру в установленном порядке, а федерального законодателя обязал скорректировать закон в соответствии с выраженной позицией.

ООО ЮК «Юридиция» →  WhatsApp моего WhatsApp’a — не мой WhatsApp

На прошлой неделе впервые в России суд рассмотрел дело с использованием мессенджера WhatsApp. Историческое событие произошло в Свердловской области в Невьянском городском суде. Момент сам по себе интересный и неоднозначный, а тут ещё существо процесса злободневное: суд приостановил деятельность кафе, которое продолжало работать несмотря на коронавирусный запрет.

Предпринимателя оштрафовали, и вдобавок его деятельность была приостановлена на 45 суток. Хоть автор и юрист и законы чту, а всё-таки провинциального бизнесмена жаль. Дело в том, что предприниматель, имеющий даже самую скромную финансовую подушку или ощутимую поддержку от государства, сегодня вряд ли станет так отчаянно нарушать запреты. Уверена, все осознают опасность положения, в котором находится мир, и с пониманием относятся к правовым предписаниям, а значит деяние свердловского предпринимателя могло быть обусловлено не столько правовым нигилизмом, сколько элементарным разорением и угрозой банкротства.

Мы недавно писали о том, какие сложные дни переживает сейчас российский бизнес, особенно в сфере обслуживания. Особенно в общепите.

Но вернёмся к WhatsApp’у, судебный процесс с помощью которого, — событие и забавное для общественности, и важное с точки зрения тенденций развития законодательства в России. Электронным правительством уже никого не удивишь, но такие новые научные категории, как «цифровой суверенитет», «Конституция Интернета», «электронные права граждан», уже не юридическая фантастика, а совершенно реальная, осязаемая жизнь, которая нуждается в законодательном регулировании. Так что, мессенджер, загруженный на смартфон, — вчера, может быть, всего лишь частное дело, а сегодня уже площадка для судопроизводства.

Big brother is watching you

В прошлую субботу на портале mos.ru появилась информация о том, что Москва готова к запуску умной системы контроля соблюдения горожанами режима самоизоляции, которую мэр Москвы Сергей Собянин обещал внедрить в ближайшее время после объявления карантина. Пока специалисты не собираются внедрять систему, но в случае ухудшения эпидемиологической ситуации она готова к запуску.

Столичный глава аккуратно заметил, что, поскольку большинство жителей города добросовестно выполняют требование оставаться дома, вводить пропускной режим передвижения по городу пока не имеет смысла. А в отношении умной системы тотального контроля обозначил, что заработать она сможет после подписания соответствующего нормативного акта Правительства Москвы.

И вот тут возникает важный вопрос: как будет обеспечиваться работа умной системы слежки? Так или иначе, это предполагает довольно плотное и практически повсеместное вторжение в частную жизнь граждан, будет это через смартфон с активированной локацией и QR-кодом или посредством бессчётных камер, густо расположенных по все Москве.

Когда рассуждаешь о юридическом, социальном, бытийном аспектах этого вопроса, понимаешь, что это не просто мероприятие в череде мер борьбы с пандемией коронавируса, это, если хотите, цивилизационный выбор, который в будущем обусловит новые формы нашей жизни. Ведь нужно понимать, что, будучи запущенной, умная система уже никогда не отключится. Добро пожаловать в мир Оруэлла! А вы говорите Конституция…

QR-начертание

В книге Иоанна Богослова «Апокалипсис» («Откровение») есть пророческие слова, которые активно эксплуатируются не только в христиански проповедях, а весьма популярны в СМИ, когда освещаются юридические решения, связанные с общеобязательным введением каких-то кодов, идентифицирующих документов и так далее. Речь в священной книге о том, что настанут последние времена, когда каждому будет наложено на правую руку или на чело «начертание, или имя зверя, или число имени его» (небезызвестное число «666»). Про «начертание зверя» масс-медиа вспоминали в связи с ИНН, биметрическими паспортами, СНИЛС и иным подобным.

Умная система контроля передвижения, в отличие от всего тотально-документального, что водилось раньше, имеет совершенно самобытную цель: помочь в предотвращении роста числа заражённых новой коронарвирусной инфекцией. В связи с внедрением системы будет вводиться специализированный код, который позволит подтверждать перемещение человека по городу. Это QR-код, получить который будет можно через личный кабинет на портале mos.ru, а затем распечатать на компьютере или просто сохранить на телефон. Выходишь на улицу — телефон с «начертанием» при тебе, и всё замечательно: ты вновь обретаешь конституционную свободу передвижения. Условно.

Мы не будем ставить QR-код в один ряд с апокалиптическим «числом зверя» — уверена, без нас это сделают другие публицисты. В этом вопросе для автора важно попробовать дать две оценки происходящему: юридическую и моральную.

Итак, получаешь штрихкод, и можно, как и прежде, передвигаться по городу пешком и на транспорте. Выгулять питомца, вынести мусор можно и не кодируясь.

Правительство Москвы верит, что внедрение системы сохранит возможность целевых перемещений по городу, а контроль необходим для того, чтобы выявить случаи грубого нарушения режима самоизоляции, когда человек без необходимости выходит из дома и подвергает риску заражения коронавирусом не только себя и своих близких, но и других горожан. Вроде, всё верно, всё оправдано. И всё-таки, что-то здесь не так.

Систему QR-кодов для отслеживания свободно передвигающихся людей уже запустили в Китае и во Франции. «Новая газета» поспешила назвать её «цифровым концлагерем».

Москва, как мы писали выше, готова к запуску подобной системы, но российским пионером в этом вопросе стал Нижний Новгород.

2 апреля на сайте Правительства Нижегородской области появилось сообщение, что региональные власти готовы к запуску системы контроля за соблюдением режима самоизоляции. Жителей области обязали использовать QR-коды для каждого выхода из дома. По словам губернатора Глеба Никитина, «система является универсальной оболочкой или даже экосистемой для формирования модели поведения в период действия ограничений». Чувствуете, как мир перестаёт быть прежним?

Нижегородцы будут загружать на смартфон QR-код с портала сервиса «Карта жителя Нижегородской области», а те, у кого гаждеты отсутствуют, смогут позвонить по номеру 112 и оставить заявку на выход из дома, так что отсутствие смартфона — не повод скрыться от всевидящего ока губернатора.

Юристы-скептики и алармисты сразу заключили, что власти буквально используют ситуацию с коронавирусом как предлог для внедрения систем тотального слежения за населением. «Оказалось, что «права человека», «гражданские свободы», демократические институты» — это красивые картинки на стенах и расписные ширмы для хороших времён. В плохие времена от них не просто нет никакой пользы — на них никто не обращает внимания, потому что реальные системы управления обществом устроены совершенно иначе», — говорит политтехнолог Андрей Перла. Система, в которой демократические, гражданские институты, существуют как декорации — станет единственно возможной системой, а мир открытых границ, частых путешествий, счастливых беззаботных людей на террасах маленьких кафе — этого мира больше никогда не будет, — заключает Перла.

Не разделяя столь мрачного прогноза, всё же заметим, что демократические права человека, обозначенные в Конституции России как высшая ценность, и до этого обладали весьма условным верховенством. Вспомним статью 55, её третью часть: «Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Значит, есть что-то более высокое, ради чего высшая ценность готова стать немножко невысшей?

В части 2 той же статьи буквально установлен запрет на издание законов, отменяющих или умаляющих права и свободы человека и гражданина. Что ж, законы нельзя издавать, а подзаконные акты можно: видимо, так своеобразно сегодня понимается эта статья.

Вопрос, о каких правах идёт речь, должен быть освещён. Конечно, о правах относительных, то есть допускающих ограничение. Мы не говорим о праве на жизнь, достоинстве человека — это так называемые абсолютные права, не подлежащие ограничению даже в условиях чрезвычайного положения. Но, справедливости ради, заметим, что в плеяде безусловных, не подлежащих нивелированию, есть и такое предписание: «Сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются». Если поедете в бывший город Горький, спросите у нижегородца — первого, которого встретите на улице, — давал ли он согласие на сбор информации о своей частной жизни и своих передвижениях.

В недавнем интервью «Российской газете» председатель Комиссии по правовому обеспечению цифровой экономики Московского отделения Ассоциации юристов России Александр Журавлёв заявил, что при введении систем QR-кодов важно, чтобы в постановлениях и указах региональных властей стояла оговорка, что по результатам нормализации эпидемиологической обстановки данная система не будет функционировать, а полученные в период её работы персональные данные граждан будут уничтожены. По словам юриста, система контроля является необходимой для заболевших в условиях пандемии, но для обычных граждан получение QR-кодов не должно быть обязанностью. Предложение об оговорке звучит позитивно, но вряд ли будет обладать императивным значением, так что озабоченность остаётся.

Ещё один эксперт, Ирина Муращенкова (Moscow Digital School), осторожно заявила, что ни у кого нет сомнений в том, что принимать меры, связанные с ограничением распространения вируса необходимо, но при этом следует тщательно прорабатывать правовую сторону введения электронных форм контроля. Согласимся, это разумный призыв, будет ли он услышан — покажет время.

Мир после коронавируса не будет прежним не только в связи с тем, что мы не знаем, какими нас сделает режим самоизоляции, какими будут наши ценности и коммуникативные навыки после того, как продолжится «обычная» жизнь, но и потому, что очень многие тенденции, зародившиеся в эпоху COVID-19, станут традициями, обычаями, а затем и нормами права, возможно, на самом высоком уровне.

Наша нравственность тоже будет иной, не хуже и не лучше, просто иной. Возможно, то, что сегодня воспринимается как вопиющее нарушение конституционных прав или аморальная практика социального вуайеризма, завтра будет и законно, и морально.

К Конституции России, точнее к обсуждению поправок к ней, мы ещё вернёмся, когда закончится пандемия. Но уже сегодня приходится задумываться над сущностью и местом Основного Закона в нашей жизни: он действительно существует или только в учебнике по конституционному праву поставлен во главу угла системы законодательства как документ, именуемый в науке «жёсткая конституция»?

Коронавирусы мутируют сами и модифицируют всё, с чем соприкасаются, даже общественные устои. Даже конституции.

Виктория Бурла

6 апреля 2020 года

 →  Пандемия, налоги и банкротство в России. Чего ждать и к чему готовиться?

Автор:

Денис Шестаков, Партнер, арбитражный управляющий,

GRATA International St. Petersburg
+7 (812) 384 48 38, dshestakov@gratanet.com

Стремительное распространение по планете нового вируса COVID-19 заставляет правительство разрабатывать меры не только в борьбе с распространением его проявлений в санитарно-эпидемиологическом направлении, но и по предотвращению его негативного влияния на экономическую и социальную стороны жизни общества.

Читать далее →

  • 0
  • 0

Виктория Бергман →  Рецензия на экспертизу поможет добиться справедливости в деле об убийстве

Экспертиза психического состояния играет важную роль в расследовании тяжких преступлений. Ведь именно от ее выводов зависит, будет ли виновный отбывать наказание в местах лишения свободы или отправится в медицинскую лечебницу. Убийство, совершенное в состоянии алкогольного опьянения, может и не повлечь за собой полной меры ответственности, если экспертиза говорит о психическом заболевании подозреваемого. Но если выводы экспертов окажутся недостоверными, за содеянное придется отвечать даже в преклонном возрасте.">
Проживая в типовой многоэтажке Оренбурга, 80-летняя Таисия Степановна вела образ жизни типичной российской пенсионерки и мало, чем отличалась от сограждан ее возраста. Друзей почти не было, да и какие друзья в 80 лет? Скорее, знакомые или просто соседи. Иногда приезжала дочь, но чаще – звонила. Сын умер три года назад. Все, что осталось – доживать свой век и вспоминать былое: трудное рабочее детство; экзамены в торговый техникум после 10 класса; как работала официанткой после окончания техникума, правда, со временем вышла в люди: стала администратором ресторана. Замуж Таисия вышла рано, в 20 лет. Муж умер через три года, но от первого брака осталась дочь. В 30 лет – вновь вышла замуж. Со вторым супругом душа в душу прожили почти 40 лет. С тех пор, как он умер, женщина была одна. Перезванивалась с соседкой Софьей, ходили друг к другу в гости. По странному совпадению, Софья родилась с Таисией Степановной в один день и в один год…
В тот злополучный февральский вечер соседки обсуждали новости и сериалы. Общение плавно перетекло в разговоры за жизнь, когда на столе появилась бутылка водки. Беседа стала душевнее, но потом переросла в ссору. Софья стала говорить о муже собеседницы совсем не лестно. Обстановка накалялась. Разозлившись, Таисия Степановна схватила подвернувшийся под руку нож и ударила им свою приятельницу; а потом — еще и еще, пока Софья не упала на пол… Очнувшись от содеянного, пенсионерка выбежала на лестничную площадку. Не зная, что делать, она опустилась на пол и заплакала. Соседка Татьяна, которая поднималась домой, спросила, что случилось, а затем прошла в квартиру. К этому моменту Софья уже умерла от полученных ран.
Следствие установило, что подозреваемая на учете у психиатра никогда не состояла. После смерти сына — была госпитализирована с диагнозом «Тревожная депрессия» в Оренбургский областной клинический психоневрологический госпиталь ветеранов войн. По собственным словам, алкоголь употребляет редко, это подтвердили соседи. Первичная амбулаторная судебная комплексная экспертиза показала, что Таисия Степановна страдает органическим астеническим расстройством в связи с сосудистым заболеванием головного мозга. В то же время она способна управлять своими действиями и осознает характер инкриминируемого ей преступления, совершенного в состоянии алкогольного опьянения. Опасности женщина не представляет, помнит обстоятельства дела и может участвовать в процессе расследования. В ходе следственного эксперимента, она сама рассказала об обстоятельствах преступления, показав, как наносила удары ножом.
В апреле того же года пенсионерку положили в стационар Оренбургской психиатрической больницы. В медицинской карте больной указывалось, что при поступлении в лечебницу она ориентировалась во времени, месте и пространстве. Но также отмечалась заторможенность движения и снижение памяти, диагностировалось тревожное состояние, головокружение и головные боли. Пациентка быстро освоилась в больнице, вскоре у нее исчезла тревога, нормализовался сон и аппетит. Согласно врачебным записям, «психотических расстройств не обнаруживала. Риск суицидального поведения – ниже среднего. В структуре личности выявляются повышенная чувствительность к внешним воздействиям, неустойчивость эмоциональных реакций, стремление настоять на своем, сосредоточенность на собственных проблемах в сочетании с категоричностью». Через 10 дней старушка была выписана из отделения и дальше лечилась амбулаторно, время от времени посещая врача. Все это время она продолжала жить одна и «сама себя обслуживать».
В октябре следствие назначило дополнительную амбулаторную судебную психолого-психиатрическую экспертизу. Исследование проводили врачи-психиатры Оренбургской областной психиатрической больницы №2. Поведение Таисии Степановны в этот раз было противоречивым. На вопросы экспертов об обстоятельствах убийства женщина отвечала неохотно. «Ничего не знаю. Не помню. Понятия не имею», — повторяла она, и в то же время называла точно свой домашний адрес. В экспертизе также отмечалось: слова подбирает с трудом и отвечает после паузы. Пенсионерка не могла назвать не только текущую дату и свой возраст, но и имя дочери, с которой приехала. Однако перечисляла точные названия принимаемых ею медицинских препаратов от гипертонии. Эксперты отметили, что подозреваемая говорит о нежелании жить, высказывая мысли суицидального характера. Употребление алкоголя — отрицает, но в то же время оживляется в разговоре на эту тему. Инкриминируемые действия женщина не признавала: сперва говорила, что не понимает о чем идет речь, а затем отрицала свою причастность к убийству. «Зашла к соседке, выпили по граммульке, и я ушла к себе. Потом пришла Татьяна и сказала, что Софья лежит у себя в квартире мертвая», — рассказывала пенсионерка. По ее словам, прежние показания она давала под нажимом сотрудников полиции, которые ее били. Согласно выводам экспертизы, подозреваемая переживает депрессивный эпизод с соматическими симптомами на фоне органического расстройства личности, что является следствием сосудистого заболевания мозга. Это лишает ее возможности осознавать характер своих действий и руководить ими. Учитывая суицидальные мысли, Таисия Степановна нуждается в принудительном медицинском лечении и не может отбывать наказание в местах лишения свободы, заключили эксперты.
Брат погибшей с выводами экспертизы не согласился. Он увидел противоречия в заключениях врачебной комиссии. Но разоблачение убийцы сестры дело чести. Мужчина обратился за рецензией, в ходе работы над которой выводы экспертов подверглись детальному и тщательному анализу.
Рецензия на экспертизу показала, что исследование психиатров ГБУЗ «ООКПБ №2» проведено с грубейшими нарушениями действующего законодательства. Так, например, в документе не указаны ни дата начала, ни дата окончания проведения экспертизы. Не соблюдены нормативно-правовые акты, регулирующие проведение судебно-психиатрических экспертиз; не указаны методики проведения исследований, которыми руководствовались эксперты; не соблюдена должная степень ответственности, честности и внимательности, что является грубым нарушением. Что же касается самих выводов, то они имеют формальный, поверхностный, необъективный и научно не обоснованный характер. Ответов на вопросы, поставленные судом, такая экспертиза не дает. В ней лишь собраны данные из медицинских документов и материалов дела, но нет никаких данных о собственных исследованиях психиатров. В частности, нет ни одного полного описания соматического осмотра, неврологического и психического состояния подозреваемой. Также комиссия врачей неправильно интерпретировала имеющиеся у пенсионерки заболевания, а следовательно, дала необъективную оценку ее психическому состоянию, способности понимать значение своих действий и руководить ими. Фактически, эксперты просто переписали всю доступную им информацию из других источников, а их суждения — субъективны. На основании выводов рецензии экспертиза была признана недостоверной, в результате чего следствие вынуждено было прибегнуть к проведению еще одной, более объективной и квалифицированной экспертизы.

Тихонов Игорь Александрович →  Какие бывают сроки трудового договора?

Трудовой договор может быть как бессрочным, так и срочным.
Начало действия трудового договора обычно прописывается в части под названием «Основные/общие положения» в строке: работник должен приступить к исполнению своих должностных обязанностей с (дата).
Важно: дата, которая указана в шапке договора не является датой начала исполнения обязанностей. Это дата составления и регистрации трудового договора. Например: договор составлен 25.11.2019, но работник должен приступить к исполнению своих должностных обязанностей с 30.11.2019 года.
Читать дальше

Тихонов Игорь Александрович →  Жилищные отношения

Жилище – понятие знакомое каждому с детства. Не важно, квартира, дом или модный ныне таун-хаус, каждый из нас где-то родился, куда-то переезжал, снимал временное жильё, проживал в общежитии, ездил на отдых.

Даже временное место нашего пребывания мы привыкли обустраивать под себя. Каждый дом несёт в себе уникальные особенности своего владельца. Это наша базовая потребность и ценность. Мы дорожим нашим домом, радуемся, когда его строим, ремонтируем, преображаем, с любовью обставляем его, дорожим им – дом является частью нас, а мы становимся неотъемлемой частью нашего дома. Наше жилище нуждается в нашей защите и заботе. Издревле человек защищал своё жилище всеми доступными ему средствами. Строил рвы и частоколы, возводил каменные стены, вооружался сам и вооружал домочадцев.
Читать дальше

Тихонов Игорь Александрович →  Купили бракованный товар. Что делать и куда обращаться?

В настоящей статье я бы хотел рассмотреть вопросы, возникающие при рассмотрении споров о защите прав потребителей, в частности, касающиеся действий потребителя при обнаружении недостатков в товаре.

Для начала, хотелось бы отметить, что законодательство о защите прав потребителей разграничивает куплю-продажу товара от оказания услуг (выполнения работ).В данной статье рассмотрим проблемы, с которыми могут столкнуться и обычно сталкиваются потребители при попытке возвратить уплаченные денежные средства за товар ненадлежащего качества (с недостатками).
Читать дальше

Тихонов Игорь Александрович →  Основные правила при покупке квартиры по ДДУ

В данной статье мы рассмотрим вопросы участия граждан в долевом строительстве многоквартирных домов.

Основным законодательным актом, регламентирующим данный вопрос, является Федеральный закон от 30.12.2004 N 214-ФЗ «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» (далее по тексту – Закон).

Так, указанный Закон содержит в себе разграничения, касающиеся определения участия в долевом строительстве и иных видах строительства.
Читать дальше