Алексей Пономарёв →  Последствия пандемии вируса COVID-19 для русско-германских коммерческих договоров поставки

Распространение вируса COVID-19 оказывает существенное негативное воздействие на международные коммерческие связи, разрушая торговые отношения и производственные цепочки. На текущей момент Германия является одной из стран, наиболее затронутых разворачивающейся пандемией. Введённые немецким правительством меры уже привели к приостановке ряда производств, что может вылиться в срыв сроков поставок продукции по международным контрактам, заключённым, в частности, с российскими партнёрами. Ниже будут рассмотрены основные варианты, доступные российскому покупателю в случае, если немецкий поставщик не выполняет свои контрактные обязательства в связи с пандемией вируса COVID-19.

Достаточно очевидно, что пандемия ранее неизвестного вируса достойна рассмотрения в качестве форс-мажорного обстоятельства для контрактных обязательств. При этом концепция форс-мажора и его последствия отличаются в зависимости от применимого права. Здесь мы остановимся на контрактах, регулируемых немецким правом, так как право страны поставщика применяется к международным договорам поставки по умолчанию, согласно абсолютному большинству правил международного частного права.

Форс-мажор в немецком праве

Как отдельный институт форс-мажор в немецком праве не выделяется. Это значит, что при отсутствии в договоре форс-мажорной оговорки, отношения сторон будут регулироваться общими нормами обязательственного права даже в случае неисполнения договора в силу такого экстраординарного события как пандемия вируса.

Важно также помнить о том, что Германия является страной-участницей Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров (далее – «Венская конвенция»), которая является частью немецкого права и применяется в том числе к русско-германским договорам поставки, регулируемым немецким правом, если стороны не договорились об исключении её действия.

В связи с этим ниже будут рассмотрены два основных сценария: (1) договор поставки содержит оговорку о форс-мажоре, (2) форс-мажорная оговорка в контракте отсутствует. При этом в рамках второго сценария необходимо также выделить два варианта: (2.а) когда стороны исключили действие Венской конвенции и (2.б) когда контракт регулируется Венской конвенцией.

1. Оговорка о форс-мажоре

Если положение о форс-мажоре включено в контракт, то руководствоваться нужно в первую очередь ей. Стандартная оговорка содержит перечень событий, не зависящих от воли сторон, при наступлении которых сторона может быть освобождена от исполнения своих обязательств. К таким событиям обычно относятся стихийные бедствия, войны и гражданские волнения, а также действия властей. При этом такой перечень может быть достаточно детальным с перечислением всевозможных чрезвычайных обстоятельств, а может содержать в себе общее определение, охватывающее любые обстоятельства непреодолимой силы.

В связи с этим необходимо очень внимательно изучить текст такой говорки на предмет того, распространяется ли она на пандемию вируса. Если оговорка охватывает рассматриваемую ситуацию, то при принятии решения о последующих действиях необходимо руководствоваться её положениями. Стандартные положения о форс-мажоре предусматривают обязательство стороны, которая полагается на наступившие обстоятельства непреодолимой силы, уведомить другую сторону и предоставить соответствующие доказательства того, что эти обстоятельства делают выполнение обязательств невозможным. При этом такая сторона несёт риски несвоевременного уведомления другой стороны. Оговорка также в большинстве случаев предусматривает срок, по истечении которого сторона, не получившая исполнение, вправе расторгнуть договор и потребовать возврата аванса, если он был уплачен.

Если же форс-мажорная оговорка не покрывает пандемию вируса, то к такой ситуации будут применяться правила, описанные в следующем разделе.

2. Отсутствие в контракте положений о форс-мажоре

Если стороны не предусмотрели в договоре последствия наступления форс-мажорных обстоятельств, то применяться будут нормы немецкого права. Как уже было отмечено выше Германия является страной-участницей Венской конвенции, положения которой являются частью национального правопорядка и применяются по умолчанию к международным договорам купли-продажи товаров. При этом стороны вправе своим соглашением исключить применение Венской конвенции к своему договору.

2.а. Стороны исключили применение Венской конвенции

В том случае, если стороны договорились об исключении Венской конвенции, контракт будет регулироваться внутренним немецким правом. В случае невозможности исполнения обязательств, вызванных эпидемией вируса COVID-19, применению будут подлежать статьи 275 и 313 Гражданского Кодекса Германии (ГКГ).

Согласно статье 275 ГКГ исключается требование исполнить обязательство в натуре если такое исполнение невозможно для обязанной стороны или любого третьего лица. Данная статья также применяется, если издержки, вызванные исполнением обязательств, не могут быть признаны разумными. Не вызывает сомнений тот факт, что приостановка производства по распоряжению правительства в рамках мер по борьбе с распространением вируса, подпадает под требования названной статьи.

Необходимо подчеркнуть, что статья 275 ГКГ хотя и освобождает поставщика от обязанности поставить товар в срок, установленный договором, но не снимает с него обязательства возместить покупателю убытки в случае, если он не сможет доказать отсутствие своей вины. Примером ситуации, когда поставщик будет обязан возместить убытки, может служить ситуация, при которой поставщик, зная о рисках распространения вируса на территории своего производства и введения соответствующих мер, всё же заключил договор поставки.

Важно понимать, что статья 275 ГКГ хотя и позволяет поставщику не исполнять свои обязательства на период действия противоэпидемических мер, но напрямую не влечёт право покупателя расторгнуть договор и потребовать возврата уплаченного аванса. Однако, согласно сложившейся судебной практике (см., например, решение Верховного суда Германии № VII ZR 357/80 от 11.03.1982) неопределённость срока действия обстоятельств, препятствующих исполнению контракта, может само по себе свидетельствовать о том, что покупатель утрачивает интерес в исполнении договора и вправе его расторгнуть. Учитывая тот факт, что на сегодняшний момент отсутствует понимание того, сколько может продлиться пандемия и вызванные ею защитные меры, покупатель вправе ссылаться на указанный прецедент и требовать расторжения договора и возврата уплаченного аванса.

В том случае, если распространение вируса COVID-19 не привело к невозможности поставить товар по договору, а повлекло увеличение, например, его стоимости или срока поставки, то поставщик имеет право потребовать в судебном порядке изменить договор соответствующим образом на основании статьи 313 ГКГ, согласно которой одна из сторон договора может потребовать изменения контракта в связи с существенными изменением обстоятельств, из которых стороны исходили при его заключении. При этом, в случае если изменение контракта является невозможным или неоправданным, договор может быть расторгнут. Важно отметить, что стандарт применения статьи 313 ГКГ является очень высоким и суды прибегают к ней в исключительных случаях.

2.б. Оговорка о неприменении Венской конвенции отсутствует

Как было отмечено выше, Венская конвенция по умолчанию применяется к международным договорам купли-продажи регулируемым немецким правом, так как Германия является участницей этой конвенции.

Положения Венской конвенции во многом совпадают с нормами внутреннего немецкого права, применяемыми в данной ситуации. Но есть и существенные отличия, на которых мы остановимся подробнее. Так статья 79 Конвенции в отличии от статья 275 ГКГ не предусматривает освобождение продавца от обязанности исполнить договор в натуре (поставить товар), а снимает с него ответственность за неисполнение таких обязательств на время действия обстоятельств непреодолимой силы. При этом освобождение продавца от ответственности наступает только в случае, если продавец не мог предвидеть наступление таких обстоятельств, а также избежать или преодолеть их последствия.

Важно отметить, что Конвенция в отличии от ГКГ налагает на продавца обязанность уведомить покупателя о наступлении форс-мажорных обстоятельств. При этом продавец обязан возместить убытки, вызванные отсутствием такого уведомления
Существенным положением статьи 79 Венской конвенции является то, что ограничение ответственности продавца касается исключительно требований о возмещении ущерба и не затрагивает иных прав покупателя в случае неисполнения продавцом своих обязательств. Это значит, что покупатель вправе воспользоваться такими способами защиты права, предусмотренными Конвенцией, как требование об поставке товара после окончания действия обстоятельств непреодолимой силы, а также расторжение договора в связи с непоставкой товара и потребовать возврата аванса.

Заключение

Мы рассмотрели последствия наступления пандемии вируса COVID-19 для русско-германских международных договоров поставки, где поставщиком является сторона, находящаяся в Германии. Так как к таким договорам в большинстве случаев будет применяться право поставщика, последствия были проанализированы в соответствии с немецким правом.
Итак, в случае неисполнения поставщиком своих обязательств по договору, покупатель вправе:

• Воспользоваться своими правами в соответствии с оговоркой о форс-мажоре, включённой в контракт, если её положения распространяются на пандемии вирусов или аналогичные обстоятельства. Стандартная оговорка чаще всего включает в себя право расторгнуть договор, в случае если форс-мажорные обстоятельства длятся свыше установленного срока.

• Если форс-мажорная оговорка отсутствует или не покрывает рассматриваемый случай, то применяются положения Венской конвенции о договорах международной купли-продажи товаров или внутреннее немецкое право в зависимости от соглашения сторон об исключении действия Венской конвенции.

• Несмотря на существенные концептуальные различия подходов, используемых Венской конвенцией и внутренним немецким правом в отношении последствий неисполнения обязательств в силу форс-мажорных обстоятельств, покупатель будет иметь схожие права согласно обоим источникам права. Так покупатель вправе: (1) потребовать поставки товара после прекращения пандемии вируса и защитных мер на соответствующей территории, (2) расторгнуть договор и потребовать возврата аванса, (3) требовать возмещения убытков, в случае если поставщик при заключении договора должен был предвидеть то, что распространение вируса и противовирусных мер негативно повиляют на его контрактные обязательства, или не предпринял достаточных мер, чтобы избежать или предотвратить негативные последствия. В соответствии с Венской конвенцией поставщик таже несёт ответственность за убытки, причинённые покупателю отсутствием своевременного уведомления о наступлении форс-мажорных обстоятельств.

Нет комментариев